Рефераты - Афоризмы - Словари
Русские, белорусские и английские сочинения
Русские и белорусские изложения
 

Позиционирование культуры телесности в европейском fashion-пространстве (на примере эволюции корсета)

Работа из раздела: «Культура и искусство»

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение

Высшего профессионального образования

«Московский Педагогический Государственный Университет»

Факультет социологии, экономики и права

Кафедра культурологии

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА:

«Позиционирование культуры телесности в европейском fashion-пространстве (на примере эволюции корсета)»

Выполнила: Грушина Валерия Валерьевна

Научный руководитель:

Кандидат культурологии, доцент

Васильева Жанна Викторовна

Москва 2014

Оглавление

Введение

Глава I. Одежда как материализованная телесная практика: теоретические подходы

1.1 Понятие телесности в социогуманитарном знании

1.2 Костюм как телесная репродукция социальных структур: опыт структурализма

1.3 Костюм как индивидуальная телесная практика: опыт феноменологии

Глава II. Выразительные возможности тела в рамках европейского fashion-пространства телесность культура тело корсет

2.1 Мода как способ установления параметров тела и его презентация

2.2 Корсет как форма модификации тела

2.3 Возвращение корсета: от haute couture до субкультурного элемента

Заключение

Список используемой литературы

Социологическое исследование

Приложение

Введение

История костюма с древнейших времен до современности является тем зеркалом, в котором отражается вся история человечества, история стран и народов, которые в различные периоды становления общества проявляли специфические черты и особенности своего бытия в одежде.

Костюм непосредственно связан не только с рукоделием и художественным творчеством, но и с этнографией и физиологией человека. Мне бы хотелось углубиться в изучение истории корсета, он отражал стиль эпох, нравы и историю народов. Каждое событие, как в политической, так и в экономической жизни находило отражение в этом незаменимом предмете туалета.

Свое название эта часть гардероба получила благодаря французскому слову 'corps', что в переводе на русский означает 'тело'. Корсет имеет свою богатую и интересную многовековую историю. Подобие будущего корсета, шнуровки, стягивающей и подчеркивающей формы фигуры, можно видеть уже у античных народов. Под хитонами и туниками носились кожаные пояски, подчеркивающие грудь и талию. Подобие корсета в виде самостоятельной части одежды появляется в XIV веке в бургундской моде, подчеркивающей формы фигуры. Тип корсета постепенно меняется параллельно с изменениями идеала женской фигуры и вида одежды. То он был больше, чем современный женский купальный костюм, то делается узким - не больше широкого пояса; то он подчеркивал или приподнимал грудь, то уменьшал и делал ее плоской; то подчеркивал бока, то наоборот, скрывал их, делая мальчишескими (в новейшее время). Иногда корсет сужал талию, а иногда оставлял ее свободной или даже полностью нарушал линию талии.

Наиболее часто корсет использовался для создания желаемого силуэта. Он подчёркивает стройность фигуры, уменьшая талию и визуально увеличивая плечи, поддерживает грудь, делая её более упругой на вид, создаёт нужную осанку.

Обычно корсет охватывал торс, начинаясь или на уровне подмышек, или непосредственно под грудью и заканчиваясь над бёдрами, иногда заходя на них и, в особо редких случаях, доходя до колен. На некоторых корсетах крепились подвязки для чулок. Нередко корсет поддерживал пышное платье, распределяя по всему телу вес кринолина или турнюра.

Телесные характеристики - это не только достояние антропологических исследований и обмеров (форма тела, рост, физические признаки). Корсет неоднократно служил поводом для дискуссий. Идея корсета вновь и вновь претерпевает очередные трансформации. Корсет никуда не исчез, но перекочевал внутрь тела. Пластические операции по изменению фигуры, строгие диеты, изнурительные занятия спортом - все это нынешние модификации «корсета», которые формируют не только очертания тела, но и психологию женщины.

Поддалась изменению и семантика корсета: если раньше он служил символом порабощения женщины, то теперь стал восприниматься как эмблема женской сексуальной силы. Однако изначально главной функцией корсета заключалась в том, чтобы поддерживать форму груди и придавать ей красивую форму.

Не смотря на то, что сейчас корсет утратил свою роль в женском гардеробе, он периодически возвращается.

Трансформировалась и манера носить корсет. В наше время его носят чаще всего снаружи, поверх платья или блузы. Он является неким декоративным элементом ансамбля. Если раньше корсет принадлежал к нижнему белью, то сейчас он переместился вовне. Появились вариации на тему корсета в коллекциях ведущих дизайнеров, таких как Жан-Поль Готье, Хуссейн Чалаян, Кристиан Лакруа, Вивьен Вествуд.

И можно быть абсолютно уверенным в предположении, что мы увидим еще не одно перевоплощение такого замечательного элемента гардероба как корсет.

Корсет претерпевает различные трансформации. Корсет никуда не исчез, но перекочевал внутрь тела. Только в конце 1960-х - начале 1970-х годов наметилась тенденция к переходу от белья корсетного типа к другим способам придания телу формы, таким как диета и физические упражнения. Также корсет встречается и в современном мире как атрибут субкультурной одежды или же корсет как предмет мужского гардероба или даже этнический элемент, как в племени Dinka.

Пожалуй, корсет -- самый неоднозначный из существующих предметов одежды. Начиная с эпохи Возрождения и вплоть до ХХ века, он оставался обязательной деталью модного женского платья, хотя многие воспринимали его как «орудие пытки» и видели в нем причину болезней. Почему же на протяжении четырех столетий женщины продолжали носить корсеты с ребрами из стали или китового уса? И почему, в конце концов, перестали?

Обильно иллюстрированная (полноцветная печать по тексту) книга «Корсет» дает весьма любопытные и часто неожиданные ответы на эти вопросы. Известный историк моды Валери Стил(см.приложение1.1) исследует культурную историю корсета, развеивает мифы, которыми окружен этот культовый предмет одежды, делится новыми сведениями и под профессиональным углом зрения изучает, как менялся смысл ношения корсета на протяжении веков.

Фетишизм ассоциируется с представлениями о «безумном» сексе, замешанном на нездоровом влечении к тем или иным предметам одежды или отдельным частям тела. Книга известного историка моды и блистательного куратора модных выставок Валери Стил выстроена таким образом, чтобы сосредоточить внимание читателя на взаимоотношениях между фетишизмом и модой. В первой главе автор дает возможность прозвучать разноголосице мнений о фетишизме. Вторая глава -- это попытка ответить на вопрос, почему мода приобрела так много общего с фетишизмом. В следующих четырех главах Стил рассматривает отдельные предметы одежды и материалы, которые чаще всего превращаются в фетиши: корсет, туфли, сапоги, нижнее белье, кожу. Последняя и самая важная глава посвящена взаимодействию между модой, фетишем и воображением, которое автор исследует на примере «ансамблей», сыгравших наиболее значимую роль в контексте фетишистской субкультуры и в мире моды.

Актуальность выбранной темы дипломной работы обусловлена тем, что корсет объединяет в себе семиотический код, связующий одежду, тело и культуру. Актуальны культурные смыслы моды, язык костюма в разные эпохи, телесные практики, исторические представления о красоте и модной фигуре, восприятие одежды как содержательного текста, мода и городская жизнь. Интересна история и самого корсета, которая насчитывает примерно четыре столетия.

Объектом дипломной работы является культура телесности в европейском fashion-пространстве на примере эволюции корсета.

Предметом дипломной работы - позиционирование культуры телесности в европейском fashion-пространстве (на примере эволюции корсета)

Цель данной работы - проследить историю развития корсета, не только как предмета женской одежды, но и его перевоплощение в мышечный корсет, и впоследствии как атрибут субкультурной одежды и предмет высокой моды. А также ответить на вопрос: каково место и роль корсета в европейском fashion-пространстве?

Задачи дипломной работы:

1. Проанализировать феномен телесность в социокультурном пространстве

2. Рассмотреть понятие «мода», как способ установления параметров тела и его презентация ;

3. Раскрыть взаимосвязь культуры телесности в европейском fashion-пространстве;

Гипотеза дипломной работы:

Культура телесности оказывает огромное влияние на общество в европейском fashion-пространстве.

Степень изученности проблемы:

В процессе написания дипломной работы были изучены: книги о моде, ее функционированию, истории моды, статьи, современные журналы о моде, такие как «Теория моды» , серия книг Валери Стил «Корсет» и «Фетиш», которую автор посвятил изучению моды и костюма в контексте современной гуманитарной мысли. Также посещены выставки музея современного искусства по направлению мода и ее история, разных домов, так же фильмы о моде и документальное кино по выбранной теме.

Тема дипломной работы содержит в себе несколько пересекающихся между собой феноменов, поэтому ее научная разработка представлена в совокупности исследований:

Феномен телесность: М.Фуко, Морис Мерло-Понти, Г.Бурдьё, О.Гурова, М.Дуглас

Fashion: Г.Бурдье, Г.Зиммель, Ж.Бодрийяр, Р.Барт, Г.Блумер, Т.Веблен, В.Стил, Дж.Харви, О.Гурова, А.Кузнецова, И.Г.Клепп, Джоан Энтуисл

Корсет: В. Стил, Хуссейн Чалаян, Вивьен Вествуд, Лакруа, Александр Макуин, Карл Лагерфельд, жон Гальяно, Том Форд, Тьерри Мюглер, Жан-Поль Готье.

Предмет исследования, цели и задачи обусловлены структурой работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав и заключения, списка использованной литературы, социологического исследования и приложения.

Введение обозначает актуальность выбранной темы, определяет цель исследования и задач, раскрывает теоретическую и практическую значимость работы.

В первой главе речь идет об одежде, как материализованной телесной практике и рассматриваются теоретические подхоы.

Во второй главе рассматриваются выразительные возможности тела в рамках европейского fashion-пространства. Рассматривается также возвращение корсета от высокой моды до субкультурного элемента.

В Заключении подводятся итоги, формируются окончательные выводы по рассматриваемой теме, суммируются данные двух глав и дается ответ на поставленный вопрос.

Для достижения поставленной цели в дипломной работе использовались следующие методы:

Семиотический метод используется при рассмотрении культуры телесности, как некой системы знаков и сообщений.

Исторический метод используется при изучении эволюции корсета и его становлении в европейском fashion-пространстве.

Структурно-функциональный метод используется при рассмотрении по отдельности телесности, моды и костюма и их функций для выявления взаимосвязи между ними.

Феноменологический метод позволяет рассмотреть корсет как феномен и отношение к нему, как к предмету одежды, субкультурному атрибуту, и его трансформацию в мышечный корсет.

Глава I. Одежда как материализованная телесная практика: теоретические подходы

1.1 Понятие телесности в социогуманитарном знании

Понятие постструктурализма и постмодернизма, не получившее однозначной терминологической фиксации и именуемое по-разному у различных теоретиков. Является побочным следствием общей сексуализации теоретического и эстетического сознания Запада и служит одним из концептуальных обоснований деперсонализации субъекта. И.М. Быховская. Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996

Если классическая философия разрывала дух и плоть, конструируя в «царстве мысли» автономный и суверенный трансцендентальный субъект как явление сугубо духовное, резко противостоящее всему телесному, то усилия многих влиятельных мыслителей современности, под непосредственный воздействием которых и сложилась постструктуралистско-постмодернистская доктрина, были направлены на теоретическое «сращивание» тела с духом, на доказательство постулата о неразрывности чувственного и интеллектуального начал. Эта задача решалась путем внедрения чувственного элемента в сам акт сознания, утверждения невозможности «чисто созерцательного мышления» вне чувственности, которая объявляется гарантом связи сознания с окружающим миром.

В результате было переосмыслено и само представление о «внутреннем мире» человека, поскольку с введением понятия «телесности сознания» различие между «внутренним» и «внешним» оказывалось снятым, по крайней мере, в теории. Бражникова, Я. Плоть и история. К идее архитектонического прошлого в философии М. Мерло-Понти (PDF) // Логос. -- 2004. -- № 1. -- С. 72-87. Это довольно распространенная фантасциентема современной философской рефлексии, породившая целый веер самых различных теоретических спекуляций. Достаточно вспомнить «феноменологическое тело» М. Мерло-Понти как специфический вид «бытия третьего рода», обеспечивающего постоянный диалог человеческого сознания с миром и благодаря этому -- чувственно-смысловую целостность субъективности. Мерло-Понти утверждал, что «очагом смысла» и миметических значений, которыми наделяется мир, является человеческое тело. Для Мерло-Понти источник любого смысла кроется в человеческом одушевленном теле, одухотворяющем миры и образующем вместе с ними «коррелятивное единство».

В этом же ряду находятся «социальное тело» Ж. Делеза Делёз Ж. Различие и повторение / Пер. с фр. Н. Б. Маньковской и Э. П. Юровской. -- СПб.: Петрополис, 1998., хора как выражение телесности «праматери-материи» Ю. Кристевой и, наконец, «тело как текст» Р. Барта. В своих последних работах «Сад, Фурье, Лойола» (1971), «Удовольствие от текста» (1973) Барт Р. Сад, Фурье, Лойола [1971] / пер. с фр. Б. М. Скуратова. -- М.: Праксис, 2006. -- 256 с., «Ролан Барт о Ролане Барте» (1975) Барт Р. Ролан Барт о Ролане Барте / сост., пер. с фр. и послесл. С. Н. Зенкина. -- М.: Ad Marginem; Сталкер, 2002. -- 288 с Барт вводит понятие об «эротическом текстуальном теле» Барт Р. Система Моды. Статьи по семиотике культуры // пер. с фр., вступ. ст. и сост. С. Н. Зенкина. -- М.: Издательство им. Сабашниковых, 2003.. При этом Барт открыто заявляет о своем недоверии к науке, упрекая ее в бесстрастности, и пытается избежать этого при помощи «эротического отношения» к исследуемого. Далеко не последнюю роль в разработке этой концепции сыграл и М. Фуко.

То, что Барт и Кристева постулируют в качестве эротического тела, фактически представляет собой любопытную метаморфозу «трансцендентального эго» в «трансцендентальное эротическое тело», которое так же внелично, несмотря на все попытки Кристевой «укоренить» его в теле матери или ребенка, как и картезианско-гуссерлианское трансцендентальное эго.

Примеры сексуализации мышления можно встретить у самых разных ученых современности, не мыслящих «внетелесного», и на этом основании для них внесексуального менталитета. Либидозное существование «социального тела» -- т. е. общества, как его понимают Делез и Гваттари, со всеми сопутствующими биологически-натуралистическими ассоциациями, очевидно, нельзя рассматривать вне общего духа эпатажа, которым проникнута вся авангардистская теоретическая мысль времен «сексуальной революции». По этому проторенному пути и идут авторы «Анти-Эдипа». Либидо для них, как и для Кристевой, представляет собой динамический элемент бессознательной психической активности, проявляющей себя импульсами-квантами энергии, между которыми возникают моменты паузы, перерыва в излиянии этой энергии. Этим либидозным «потокам» придаются черты физиологических процессов -- продуктов жизнедеятельности живого организма. Соответственно и «машинообразность» либидо понимается ими в том смысле, что оно состоит из импульсов истечения, потоков и их временных прекращений, т. е. представляет собой своеобразную пульсацию. По аргументации Делеза, как рот человека прерывает потоки вдыхаемого и выдыхаемого воздуха и потребляемого молока, так же действуют и органы выделения. Аналогично рассматривается и роль различных «желающих машин» по отношению к потокам либидозной энергии. Из всего этого можно сделать вывод, что «основополагающим» типом «желающей машины», несмотря на всю нарочитую терминологическую путаницу, для Делеза и Гваттари является человек, его природные свойства, на которые уже затем наслаиваются разного рода образования -- структуры, или, в терминах Делеза-Гваттари, «псевдоструктуры»: семья, общество, государство.

Точно так же и Кристева стремится биологизировать сам процесс означивания, укоренить его истоки и смыслы в самом теле, само существование которого (как и происходящие в нем процессы) мыслится по аналогии с текстом.

Введение принципа «телесности» повлекло за собой три тенденции. Во-первых, «растворение» автономности и суверенности субъекта в «актах чувственности», т.е. в таких состояниях сознания, которые находятся вне власти волевого и рационального начала. Во-вторых, акцентирование аффективных сторон чувственности обусловило обостренный интерес к патологическому ее аспекту. И, наконец, сексуальность как наглядно-концентрированное проявление чувственности выдвинулась на первый план практически у всех теоретиков постструктурализма и постмодернизма и стала заметно доминировать над всеми остальными ее формами. Несомненно также, что сама концепция сексуализированной и эротизи-рованной телесности формировалась в русле фрейдистских и неофрейдистских представлений, по-своему их развивая и дополняя.

Именно Фуко уже в своих ранних работах задал те параметры сексуализированного характера чувственности, которые стали столь типичными для постструктуралистского теоретизирования. Его вклад в развитие концепции телесности заключается прежде всего в том, что он стремился доказать непосредственную взаимообусловленность социальных и телесных практик, формирующих, по его мнению, исторически различные типы телесности. Роль Фуко в развитии концепции «телесности» заключается в том, что он стремился доказать взаимообусловленность социальных и телесных практик, формирующих, по его мнению, исторически различные виды телесности. Главное, что он попытался обосновать в первом томе «Истории сексуальности» (1976) Фуко М. Использование удовольствий. История сексуальности. Т. 2 / Пер. с фр. В. Каплуна. -- [СПб.]: Академический проект, 2004. -- 432 -- это вторичность и историчность представлений о сексуальности. Для него она не природный фактор, не «естественная реальность», а «продукт», следствие воздействия на общественное сознание системы постепенно формировавшихся дискурсивных и социальных практик, в свою очередь явившихся результатом развития системы надзора и контроля над индивидом. По Фуко, эмансипация человека от деспотических форм власти, сам факт складывания его субъективности является своеобразной формой «духовного рабства», поскольку «естественная» сексуальность человека сформировалась под воздействием феномена «дисциплинарной власти».

Ученый утверждает, что люди обрели сексуальность как факт сознания только с конца XVIII столетия, а секс -- начиная с XIX в., до этого у них было всего лишь понятие плоти. При этом формирование сексуальности как комплекса социальных представлений, интериоризированных в сознании субъекта, Фуко связывает с западноевропейской практикой исповеди-признания, которую он понимает очень широко. Для него и психоанализ вырос из «институциализации» исповедальных процедур, характерных для западной цивилизации. Как пишет Саруп, «под исповедью Фуко подразумевает все те процедуры, посредством которых субъекты побуждались к порождению дискурсов истины, способных воздействовать на самих субъектов».

Начиная с Реформации и Контрреформации «дискурс сексуальности» приобрел новую форму: священники стали исповедовать своих прихожан не только в делах, но и в помыслах. В результате чего и сексуальность стала определяться в терминах не только тела, но и ума. Фуко М. Забота о себе. История сексуальности. т.3 -- Киев: Дух и Литера, 1998. Возникший дискурс о «греховных помыслах» помог сформировать как и само представление о сексуальности, так и способствовал развитию интроспекции -- способности субъекта к наблюдению за содержанием и актами собственного сознания. Формирование аппарата самосознания и самоконтроля личности способствовало повышению уровня его субъективности, самоактуализации «Я-концепции» индивида.

Таким образом, как подчеркивает Фуко, хотя исповедь как средство регулирования поведения человека, вместе с другими мерами контроля на фабриках, в школах и тюрьмах, являющимися различными формами дискурсивных практик (особенно эти процессы, по его мнению, были характерны для XVIII в.), служили целям воспитания послушных, удобоуправляемых, «покорных и производительных» тел и умов, т. е. были орудием власти, они при этом давали побочный эффект «дискурса сексуальности», порождая субъективность в современном ее понимании. В этом, по Фуко, заключается позитивный фактор власти, которая, хотя и способствовала появлению в своих целях новых видов дискурсивных практик, однако тем самым создавала «новую реальность», новые объекты познания и «ритуалы» их постижения, «новые способности». Этот позитивный аспект трактовки Фуко понятия власти особенно заметен в его работах «Надзор и наказание» Фуко M. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы / Пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой. -- M.: Ad Marginem, 1999. и «Воля к знанию» Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет Пер. с фр., сост., комм. и послесл. С.Табачниковой. М. Касталь 1996 г. 448 с.

Итак, сексуальность предстает как факт исторического становления человека, причем человека современного, как неотъемлемая часть его мышления, как конечное проявление все той же «телесности сознания». Столь исторически позднее возникновение представлений о сексуальности обусловило, по Фуко, относительно недавнее появление «современного человека», якобы возникшего на исходе XVII столетия и при «изменении основных установок знания», его породивших, способного так же быстро исчезнуть: «Если эти установки исчезнут так же, как они возникли, если какое-нибудь событие (возможность которого мы можем лишь предвидеть, не зная пока ни его формы, ни облика) разрушит их, как разрушилась на исходе XVIII в. почва классического мышления, тогда -- в этом можно поручиться -- человек изгладится как лицо, нарисованное на прибрежном песке Эрибон Д. Мишель Фуко / Пер. с франц. Е.Э. Бабаевой. -- Москва: Молодая гвардия, 2008. -- С. 154, 159. -- 382 с.

Биологизация желания во всех его проявлениях и -- как ее естественное продолжение -- эротизация -- неизбежное следствие общего иррационального духа постструктуралистского мышления, возводящего своеобразный культ тождества общества и тела со всеми сопутствующими натуралистическими подробностями. Здесь мы имеем дело с довольно стойкой мифологемой современного западного мышления, ведущей свое происхождение еще от соответствующих аналогий Гоббса, не говоря уже об античных проекциях Платона.

1.2 Костюм как телесная репродукция социальных структур: опыт структурализма

Одежда является одной из антропологических констант существования человека; она сопровождает человечество на протяжении всей истории его существования. Костюм можно рассматривать как важнейший элемент онто- и филогенеза культуры; роль, функции костюма в обществе и отношение к нему служат показателями культурного и общественного развития, социальных, политических и идеологических ориентаций общества.

Эволюция феномена костюма в истории культуры отражает протекание сложных процессов в коллективном бессознательном, в структуре архетипов. Костюм своеобразно моделирует и отражает сознание и самосознание общества, являясь специфическим показателем его состояния, показателем доминирующих ценностных ориентаций.

Бытие костюма в культуре многообразно. Сам костюм является одновременно и продуктом человеческой деятельности, и средством ее осуществления. С этой точки зрения костюм может по-разному включаться в различного рода культурологические и специально-научные теории, выступая либо как объект анализа, либо как структурное, оценочное, экзистенциальное, онтологическое понятие, а также как субъективный модус человеческого мировосприятия и поведения. В этом качестве феномен костюма растворяется в широком философском, культурологическом и художественном контексте, сохраняя при этом свой инвариант, что позволяет при его реконструировании говорить не о конкретных исторических типах костюма, а о «костюме вообще», имея ввиду своеобразную «метафизику костюма». Данная исследовательская установка предполагает синтез различных исторических представлений о феномене костюма, а также различное восприятие этого феномена в рамках истории искусств, дизайна и моделирования, этнографии, антропологии и др. научных дисциплин.

Таким образом, рассмотрение костюма в многовариантности его функционирования в культуре, а также в его неизменной причастности к динамике культурно-исторического развития позволяет говорить о костюме как о своеобразной универсалии культуры. Специфика ее проявления выражает особенности различных этапов существования культуры. пересечение различных сфер и способов существования костюма в культуре, направлений, по которым феномен костюма включается в научные и культурологические теории, образует проблематику исследования костюм

как феномена культуры.

В рамках искусствоведения костюм рассматривается как эстетический, художественно значимый феномен. Однако, как правило, объектом искусствоведческого анализа становятся не современные, а исторические формы костюма. Таким образом, искусствоведческий подход находит выражение в первую очередь в работах по истории костюма. Здесь следует отметить работы А.Васильева, Р.М.Кирсановой, Ф.Ф. Комиссаржевского, М.Н.Мерцаловой, Н.М.Тарабукина и других.

Этнографический подход к изучению феномена костюма можно при определенных условиях рассматривать как логическое продолжение искусствоведческого, так как в этнографии речь идет прежде всего об исторических формах костюма, имеющих отношение к культуре и быту так наз. «примитивных» народов. Помимо работ таких классиков этнографии и культурной антропологии, как Э.Тэйлор, Дж.Фрэзер, Ю.Липс, К.Леви-Стросс, Б.Малиновский и другие следует назвать также специальные исследования этнического и ритуального костюма народов Сибири и Севера: В.Н. Васильева, C.B. Иванова, А.А.Попова и других. Особо следует отметить работы, где объектом исследования становится русский этнический костюм, работы А.К.Байбурина, П.Г.Богатырева, Н.Билибина, М.И.Васильева, С.Лисим, С.Стрекалова.

Что касается культурологического подхода, то он основывается на исследовании костюма как целостного феномена культуры, т.е. в единстве его утилитарных и символических функций. В рамках этого подхода наиболее распространены исследования, в которых костюм рассматривается в связи с феноменом моды - А.Б.Гофман, Н.А.Дмитриева, Н.Которн, Г.Г.Шубин и другие. Однако если учитывать, что сам феномен моды историчен, то станет понятной ограниченность таких исследований. Действительно, если культурологический подход к изучению костюма как феномена культуры претендует на универсальность, то он не должен ограничиваться изучением только современного костюма. Работы О.Б.Вайнштейн, Л.М.Кирсановой, Г.Н.Лолы и других, где культурологический подход успешно сочетается с экскурсами в историю и этнографию костюма, открывают новый этап в отечетсвенном костюмоведении.

В любой культуре отношение к телу всегда представляло собой одну из важнейших ценностных ориентаций. Тело всегда рассматривалось в культурологии не как простая физическая, природная данность, а как сложный социальный феномен Мерцалова М.Н. История костюма. М.: «Искуство», 1972. -202с.. Представления человека о своем теле не только отражали физическую данность, но включали в себя и определенный телесный канон. Этот телесный канон также подвержен историческим изменениям, которые можно проследить, обратившись к историческому, художественному, этнографическому материалу. Вместе с изменениями телесного канона, т.е. нормативного представления о том, какой должна быть телесность, меняется и костюм. Чаще всего история костюма рассматривается как раздел истории вещей, в рамках которого изучается, какую одежду люди носили в то или иное время, из чего они ее шили, каким образом сменяли друг друга различные стили моды. Поэтому принципиально новый взгляд на костюм, предложенный в диссертации, предполагает рассмотрение его истории в связи с историей тела Мерцалова М.Н. Костюм разных времен и народов. Т. 1-2. М.: Академия моды, 1993-1995..

Одежда по отношению к телу выполняет не только прагматические, но и символические функции. Если прагматические функции костюма (технологические, защитные и т.д.) определяются материалом и способом его изготовления, то символические прежде всего увязывают тот или иной исторический тип костюма с определенной моделью человеческой телесности. На этом основано принципиальное для представленной концепции костюма различие между понятиями «одежда» и «костюм». Если под одеждой следует понимать совокупность покровов на теле человека, защищающих его от неблагоприятных воздействий окружающей среды, то костюмом называется определенная система предметов и элементов одежды, объединенных единым замыслом и назначением. Эта система элементов отражает социальную, национальную, региональную принадлежность человека, его пол, возраст, профессию, то есть нечто устойчивое в индивидуальном облике человека, нечто, связанное с традицией.

Основные функции одежды - защитная и утилитарная. Одежда всегда связана с какой-либо разновидностью практической деятельности человека, она имеет вполне определенное предназначение и, в конечном счете, всегда помогает человеку приспосабливаться к окружающему миру. Костюм также выполняет защитную и утилитарную функции. Предметно и конкретный вид костюма и какая-то определенная разновидность одежды могут совпадать друг с другом. Различие между костюмом и одеждой может быть понято как различие чисто функциональное. Если мы имеем в виду в первую очередь утилитарные функции, то речь идет об одежде. Если же на первый план выходят символические функции, а утилитарные отходят на второй, то перед нами уже не одежда, а костюм. Кроме того, все символические функции костюма (магическая, возрастная, социально-половая, профессиональная, религиозная и др.) могут играть и прагматическую роль. Можно утверждать, что все символические функции костюма вторичны по отношению к самой первой из них, магической. Все эти функции появляются лишь после того, как изначальная, магическая и мифологическая стадия истории человечества остается в прошлом. Как утилитарные, так и символические функции сохраняются в костюме в переосмысленном виде, целиком подчиняясь его социальным функциям. Однако, в конечном счете, все многообразие функций костюма сводится к символическим репрезентациям телесного.

Костюм является культурно необходимым атрибутом отношения человека к своему телу. Он «социализирует» индивидуальное тело человека, и в то же время «индивидуализирует» коллективное тело. С точки зрения авторской концепции любой конкретный исторический тип костюма является «моделью сборки» определенного типа коллективной телесности, по тем или иным причинам господствующего в пределах той или иной культурной формации.

Л.В. Петров в работе 'Мода как общественное явление' Петров JI. В. Мода как общественное явление. JL: Знание, 1974. пишет, что в определенном оформлении внешнего облика индивида заключается целая иерархия знаковых систем, которые отражают:

1) социальную дифференциацию,

2) половую,

3) возрастно-групповую,

4) эротические характеристики,

5) характерологические особенности,

6) престижно-статусные и ролевые моменты.

Каждая вещь, деталь костюма есть знак, как утверждала Р.В. Захаржевская в книге 'Костюм для сцены» Захаржевская Р.В. Костюм для сцены. Советская Россия, 1967..

1.3 Костюм как индивидуальная телесная практика: опыт феноменологии

Феноменология - одно из наиболее важный философских движений 20 столетия, началась как теория 'знания', позднее стала теорией 'идеализма'; и, наконец, стала 'новым методом философствования'. Как метод она ставит в один ряд (насколько это возможно) предвзятые ожидания и предположения, и фокусируется на том, что открыто непосредственному опыту - или на том, как вещи являют сами себя, что включает в себя способ, которым они являются нам. Важным элементом феноменологии является качественное различие между проживанием 'живого тела' и 'анатомическим телом'; последнее можно найти только в чисто физическом описании.

В истории этнографии, первая антропология тела была открыта в 1970 г., как результат использования такого термина как 'ощущение' в социологии и этнографии. Начиная с 70-х, наибольший акцент в исследованиях был сосредоточен на теле, как таковом; и в некоторых случаях тело представлено каким оно есть наиболее точно и определенно в Феноменологии: скорее как 'живое тело', чем тело как 'объект' изучения - таким образом, был применен новый методологический подход (Csordas 1993). В то время как современная антропологическая и междисциплинарная литература все еще демонстрирует строгое предубеждение по поводу тела как 'объекта' изучения, ссылаясь также на 'семиотику' тела, антрополог Томас Чордас предложил феноменологическую теорию телесности (embodiment) , которая может быть использована как дополнение к семиотическому подходу.

Чордас подчеркивал практическое отличие между телом и телесностью, проводя параллель с описанным Роланом Бартом (1986) Барт Р. Лекция (1977)] / пер. с фр., сост., общ. ред. и вступ. ст. Г. К. Косикова. -- М.: Прогресс, 1989. -- 616 с. отличием между текстом и трудом (the work). По Барту 'тело' можно рассматривать как 'труд': в этом случае 'книга', как материальный объект, находится в книжном шкафу. Тогда как телесность - это 'текст' по Барту - то, что остается внутри неопределяемой области дискурса, 'переживаемое только как деятельность и создание'. 'Работа' (тело) в рамках визуального искусства, можно сказать, является объектом, висящим на стене, в то время как 'искусство' (телесность) существует только, когда кто-либо смотрит на него. Как и 'искусство' телесность можно определить как дискурс или опыт, открытый неопределенным возможностям.

Если продолжить аналогию Чордаса отличий 'телесности' от 'тела' в контексте исследования движения, мы могли бы назвать 'тело' биологическим или биомеханическим аспектом чьего-либо существования, а 'движение' - областью интерактивной методологии, взаимодействий, взаимоотношений, намерений, неопределенности... Так 'движение' в Наблюдении за Движением будет понятно через 'телесность' и будет связано с замечанием Мерло-Понти об 'ощущениях и практике' Мерло-Понти М. Феноменология восприятия (1945) / Пер. с фр. под ред. И. С. Вдовиной, С. Л. Фокина. -- СПб.: Ювента; Наука, 1999. -- 603 c.

Придерживаясь методологических позиций феноменологии, можно сказать, что 'движение', которое мы осуществляем, случается внутри неясного (ambiguous) положения субъекта/объекта, где различия между 'Я' и 'оно' размыты; в то время, как 'телесное' описание движения происходит для нас как для наблюдателей как конечный продукт нашего рефлексивного мышления Мерло-Понти М. Знаки / Пер. с фр., примеч. и послесл. И. С. Вдовиной. -- М.: Искусство, 2001. -- 428 с -- (История эстетики в памятниках и документах.).

Чордас замечает, что противостояние между понятиями 'семиотическое' тело и 'феноменологическое' тело (тело и телесность, или 'работа' и 'текст') и в теории и в исследовании, и говорит о том, что этот дисбаланс призывает необходимости 'расширить область методологии на телесность'. Это 'наполнение' я хотела бы рекомендовать как раз тем, кто использует движение как первичный инструмент доступа в своей практической деятельности.

Феномен телесности как неразличенности «внутреннего» и «внешнего» слоя становится предметом многих философских рефлексий в прошлом веке (П. Валери, Ж. Делез). Порою слово телесность замещается другими словами («поверхность», «ландшафт»). Так, следует обозначить стремление Клода Лефора в его работе «Промежуточное тело» осуществить своего рода комментарий к книге английского писателя Дж. Оруэлла «1984» с двух главных точек зрения. Л. Лефор выделяет взгляды, жесты, коды, говорящие о непрерывности реальности, о которой рассказывает Дж. Оруэлл. «Под именем тела Оруэлл подразумевает все сущности, которые Мерло_Понти пытается совокупно осмыслить в работе «Видимое и невидимое»: узел,

который связывает чувствующего с чувствуемым, хиазм чувственности, тело феноменологическое; а также скрытую особую организацию пространства времени, тело психологическое. Тело, соединяющееся с миром, которому оно

принадлежит, им утвержденное и его утверждающее; а также тело, из мира выбывающее во тьме того, что оно потеряло, чтобы здесь родиться». В классической философии в качестве познающего существа признавали некое чистое сознание вообще, к которому способен стремиться каждый индивид, главным принципом подобного стремления являлся отказ от конкретной воплощенности, например, в своем теле. Но тело -- важнейший фактор познания, которое, по мнению М. Мерло-Понти, отвечает за абсолютное постоянство, которое, в свою очередь, служит фоном относительному постоянству всегда готовых исчезнуть объектов -- объектов как таковых. Но в то же время тело не является абсолютным гарантом человеческого способа существования, поскольку человек всю жизнь формируется в зависимости от внешних условий бытия, и поэтому экзистенция не может быть получена только как продукт определенного устройства наших органов. И в то же время в теле человека нет ничего случайного и необязательного. Обладание разумом, конечно же, обусловлено физиологической спецификой человека, но несмотря на это М. Мерло Понти считал, что способ употребления человеком своего тела трансцендентен по отношению к телу как просто биологическому бытию.

В человеке невозможно разделить первичный слой поведения, который можно было бы назвать естественным, и сформированный культурный,

или духовный, мир. «Все у человека сформировано и все естественно, - говорите, как вам захочется, - в том смысле, что нет такого слова, нет такого поведения, которые не были бы чем-то обязаны чисто биологическому бытию и которые не ускользали бы в то же самое время от простоты животной жизни, не отвращали бы от их смысла витальные формы поведения посредством своего рода уклонения и благодаря некоему гению двусмысленности, которые могли бы послужить определением человека. Формы поведения творят значения, которые трансцендентны по отношению к анатомическому устройству и, тем не менее, имманентны поведению как таковому, так как оно учит себя и постигает себя».

Таким образом, можно сделать вывод, что костюм - понятие, включающее в себя все, что искусственно изменяет физический облик человека, находясь на его теле. Сюда относится: одежда, головной убор, обувь, прическа, дополнения (украшения, аксессуары), а также макияж, пирсинг и парфюм. Эти элементы возникли почти одновременно и дополняли друг друга, все они вошли в культуру в системе костюма.

В частности Бодрийяр говорит, что вещи помимо своих практических - функций имеют еще и способность вбирать в себя душевный опыт человека, тем самым отражая в себе целое мировоззрение, где каждый человек у понимается как «сосуд душевной жизни», а отношения между людьми - как соотношение трансцендентные их субстанциям. Это в полной мере можно отнести и к костюму: «.сам костюм становится символическим эквивалентом человеческого тела, чья мощная органическая система в дальнейшем обобщается в идеальной схеме его включения в структуры общества».

При этом человека связывает с окружающими его вещами такая же органическая связь, что и с органами его собственного тела. Особенно остро это проявляется по отношению к костюму, ибо он ближе всех из мира вещей находится к человеку. Анализируя симантику элементов костюма в истории человечества, мы сталкиваемся с прямыми ассоциациями между соответствующими частями тела и костюма, каждая из которых в свою очередь символизирует определенные стороны жизни человека.

В 'Словах и вещах' Фуко говорит, что анализ европейской культуры с XVI века показывает: 'человек' -- изобретение недавнее. Появление образа человека -- это просто следствие изменений основных установок знания. Если установки исчезнут, человек изгладится, как лицо, нарисованное на

прибрежном песке.

Итак, на смену упорядоченному видению мира, присущему структурализму, приходит рассмотрение мира как плюралистичного и фрагментарного, не подчиняющегося никаким 'тотализирующим дискурсам', отдающего предпочтение плюрализму, разичию и подвижности. Плюралистический мир несводим ни к какому объединяющему принципу. Этот мир предстает как бесконечный, безграничный текст.

Глава II. Выразительные возможности тела в рамках европейского fashion-пространства

2.1 Мода как способ установления параметров тела и его презентация

Мода всегда играла одну из центральных ролей в культурных и социальных процессах. В свою очередь одежда является символическим транслятором моды, поэтому о переменах в общественной жизни мы узнаем именно через нее. Одежда как универсальное культурное явление состоит из набора телесных символов, которые участвуют в визуальном процессе коммуникации на социальном и психологическом уровнях. Телесность является неотъемлемым свойством одежды, поэтому ее изучение невозможно в отрыве от тела.

Фокус работы направлен на изучение модификации тела в культуре, повседневных практиках и одежде. В работе прослеживается становление института моды и рассматривается связь между одеждой и телом, а именно то, как тело проявляет себя через одежду.

Одежда и тело - два основных компонента исследования - лучше всего отражены в моде эпохи Директории и ампира. В этот уникальный в истории моды период костюм должен был обрисовать тело, а не замаскировывать или деформировать его. Одежда была визуальным аналогом наготы.

Единственным украшением признавалось само тело. Поэтому целью

женской одежды была демонстрация тела, которое просвечивало сквозь

легкую, прозрачную ткань. Хотя платье и прикрывало тело, оно прежде всего

подчеркивало то, что «прятало».

Тело, проступающее сквозь одежду, как предмет сквозь оболочку

составляет основополагающий принцип моды Директории - игра видимого и невидимого.

Культура тела это тот компонент современной культуры, который влияет на целый ряд социальных явлений, в том числе на категоризацию себя и Другого. Как отмечают ряд исследователей (В.А. Лабунская, Я.Б. Наровская, Е.В. Белугина, М.В. Буракова и другие) внешность личности, ее экспрессивное Я играют ведущую роль в организации ее взаимоотношений с самой собой и с окружающими на протяжении всей жизни. Экспрессивное Я личности определяется как совокупность устойчивых (физиогномика, индивидуально-конституциональные характеристики человека), среднеустойчивых (оформление внешности: прическа, косметика, украшения, одежда) и динамических параметров выражения (экспрессивное, невербальное поведение), организующихся в пространственно-временные структуры и перестраивающихся по ходу развития психофизиологических, психологических и социально-психологических компонентов структуры личности миром. И как отмечает В.А. Лабунская внешность - совокупность анатомических, функциональных и социальных признаков человека, доступных конкретно-чувственному отражению . К анатомическим признакам относятся скелетно-мышечная структура лица и тела; к функциональным - различного рода выразительные движения человеческого лица и тела (мимика, речь); к социальным - элементы оформления внешности в виде одежды, косметики. Функция восприятия ограничивается адекватным различием элементов - признаков внешности.

Внешний вид человека - одежда, прическа, украшения - точно указывают на его место в социальной структуре общества и культурную принадлежность. Тот или иной стиль одежды может быть выражением политического протеста или, наоборот, показателем приверженности традициям. Эволюция моды неотделима от идейной жизни общества .

С другой стороны одежда может создавать определенные формы (корсет, накладки, форма ткани и др.) , но с другой, человек сам «создает» свое тело - средством его модификации - начиная от диеты (похудание - прибавка веса) и заканчивая физическими нагрузками (спорт, фитнесс), кроме того существуют такие практики телесных модификаций как шрамирование, татуировки, пирсинг, бинтование и некоторые другие, в основном этнические, практики телесных модификаций .

Как отмечает Валери Стил , что в XVIII-XIX в.в. женское тело представлялось мягким, аморфным, почти жидким - и лишь корсет, эта жесткая арматура, удерживающая его от растекания. «Корсет», Валери Стил. М.: Новое литературное обозрение, 2010. -- 272 с(с.187-212) Но уже в конце ХХ века, корсет «переместился внутрь тела» благодаря диетам и фитнесу. Как отмечает К. Уоллерстайн современная реклама демонстрирует нам «идеалы женственности которым необходимо следовать». Однако, которые в свою очередь, являются недостижимыми, как например «героиновая» худоба Кейт Мосс, которая являлась иконой моды 1990-х. Женщины воспринимают эти стандарты, как предписания для достижения успеха в современном социуме. «Люди в чёрном», Джон Харви. М.: Новое литературное обозрение, 2010. -- 304 с

Эстетический идеал, как образ должной красоты существует в сознании человека, в тоже время проблема красоты и внешней привлекательности может изменяться в зависимости от контекста и той области науки, сквозь призму которой мы рассматриваем проблему.

Все чаще в различных работах поднимается проблема влияния СМИ на формирования различных установок и стереотипов, и чаще всего объектом этих исследований становится молодежь. Следует также отметить, что в большинстве исследований объектом изучения являются женщины, что обусловлено тем, что индустрия красоты в большинстве случаев рассчитана на женскую аудиторию (спа - салоны, фитнесс центры, косметика, пластические операции). Каждая вторая реклама демонстрирует современные «идеалы красоты», стандарты, к которым следует стремиться. В связи с этим, в современной Европе и Америке можно выделить целое направление социально-психологических и медико-психологических исследований, посвященных проблемам определения рамок понятия «красота» и поведения женщин, в связи с их стремлением достичь этого стандарта. Более того в ряде СМИ красота становится неком товаром, который можно как купить, так и продать. И если совсем недавно для Запада и для России были характерны различные идеалы, то теперь, в ходе глобализации СМИ разделение на Запад и Россию в представлениях о моде и красоте практически стираются. Показы мод и все новые параметры красоты, мода на окраску волос, макияж и цвет глаз (цветные контактные линзы); бум на пластическую хирургию и диеты приводит к тому, что на данном этапе сложно выделить конкретные имена актрис, певиц, моделей или других известных женщин, которые являлись бы идеалом для большинства женщин. Таким образом, современное представление о красоте довольно не стабильно и находится под постоянным изменением.

Таким образом, мы можем говорить о том, что в представлениях о красивой женщине, с точки зрения ее роста-веса, чаще всего присутствуют характеристики: средний рост, «не худая -не полная», пропорциональная фигура, стройная.

По мнению Георга Зиммеля, модные вещи - это опознавательные знаки, указывающие на принадлежность к элите. Мода - это стремление низов подражать элите. Моды не существовало в первобытном обществе, так как степень социального неравенства между людьми, степень разделения людей на элиту и массу в первобытном обществе была невысокой. В кастовом и сословном обществе мода не менялась столетиями, так как масса по закону не имела права подражать элите. В Средние века в Западной Европе только представители элиты - дворяне и священники - имели право носить модные вещи. Представителям низших сословий это было запрещено по закону. Модными вещами в то время были драгоценности и меха. Купцы имели деньги для приобретения этих вещей, но не имели права их носить и не хотели провоцировать дворян на ограбление себя. Кстати, главным поставщиком мехов в Западную Европу была Россия, которая богатела на торговле этим модным товаром. В Новое Время были отменены правовые запреты на ношение любой одежды, возросла скорость вертикальной мобильности и исчезла потомственная аристократия. При капитализме масса стала стремиться подражать элите и носить модные вещи с целью походить на представителей элиты хотя бы внешне. Поэтому сегодня элита вынуждена постоянно выдумывать новую моду, чтобы выделяться из общей массы. Масса настолько измучила элиту в этом смысле, что элита вынуждена иногда даже повторять моду на некоторые вещи через некоторые промежутки времени. Примеры повторов моды - это толстая подошва - «платформа», кожаный плащ, парик. Примеры модных вещей и деталей внешнего облика из недавнего прошлого: брюки-«клёш», очень узкие брюки («макароны»), тёмные очки, борода, бритая голова «под крутого парня», татуировки, пирсинг, мини-юбка, туфли на «шпильках», автомобиль «Мерседес», мобильный телефон, шорты. Особенно пристально следят за модой представители молодёжной субкультуры и молодые женщины.

2.2 Корсет как форма модификации тела

Первые корсеты так и назывались: corps a la baleine - корсет из китового уса. (см.приложение2.1)Как видно, само слово «корсет» неразрывно связано с идеей телесности(фр. сoprs - тело), и не случайно жесткие элементы корсета именуются «косточками». Это второе искусственное тело, диктующее свои законы первому, человеческому. В этом смысле корсет - родоначальник многочисленного семейства более поздних вариантов корректирующего белья - бюстгальтеров, поясов для чулок, граций, утягивающих колготок.

Почему женщины все-таки отказались от ношения корсета? Историки обычно приписывают это деятельности реформаторов одежды и борцов за права женщин. На самом деле XIX век уже близился к завершению, а «одежда так и не была реформирована» Robert Riegel. Women's Clothes and Women's Rights// American Quarterly 15(Fall 1963), pp.101-103. Участились разговоры о «современном типе» красавицы, чья фигура грациозна благодаря всевозможным упражнениям на свежем воздухе. Ella Fletcher. The Woman Beautiful [1899]. N.Y.: Brentano, 1900, pp.32-34

На то, чтобы перейти от корсета на китовом усе к мышечному корсету ушел почти весь XX век. Все больше уделяли время диете и физическим упражнениям.

Нельзя сказать, что корсет исчез - скорее он интернализовался, «вошел в состав тела», посредством диеты, физической культуры и пластической хирургии.

Валери Стил относит современную практику превознесения худого тела к истории становления женского костюма, а именно, корсета. Так, ранние корсеты называли «телами из китового уса», посредством чего стиралось различие между телом и одеждой. Как отмечает В. Стил, естественное физическое тело женщины (тело без корсета) полагалось слишком слабым и нуждающимся в поддержке, а в журналах XIX века женское тело вне одежды и корсета нередко постулировалось как бесформенное, дефектное и даже уродливое. Несмотря на то, что телесные практики физических упражнений и диеты для женщин существовали еще в XVIII веке, они оставались непопулярными, а главная роль в конструировании фигуры с тонкой талией отводилась утягиванию с помощью корсета. Однако, как показывает В. Стил, массовый отказ от корсета вовсе не является некой формой освобождения женщины. На протяжении XX века корсет постепенно интернализировался, «вошел в состав тела» посредством диеты, физкультуры и пластической хирургии, иносказательно именуемой «скульптурой тела». Постулируемые современной модой образы худого, подтянутого тела являются результатом трансформации и интернализации жесткого «внешнего» корсета в мышечный «внутренний» корсет.

Только в конце 1960-х - начале 1970-х годов наметилась тенденция к переходу от белья корсетного типа к другим способам придания телу формы, таким как диета и упражнения. Они с давних пор играли определенную роль в дисциплине женской красоты, однако только теперь заняли центральное место в телесном проекте.

На протяжении 1970-х годов основным способом лепки тела была и диета и упражнения на свежем воздухе - бег трусцой, например. Статья «Радость физкультуры» сообщала английским женщинам, что «физические упражнения - это не просто занятия для поддержания формы и коррекции расплывающейся талии. Они могут дарить невероятную энергию и … ощущение огромной физической и психологической свободы» Joy through Exercise// Harpers & Queen (September 1979), p.108..

К 1980-м годам мужчины и женщины начали «качаться» и создавать видимый мышечный тонус. Британский Vogue информировал своих читателей, что «идеальный комплекс для создания хорошей физической формы включает в себя аэробные упражнения в сочетании с поднятием незначительных тяжестей», и «упражнения с небольшими грузами не разовьют мускулы чрезмерно - они лишь станут более эластичными и оформленными» Beauty Notices// Vogue(April 1988), p.113.

Тот же номер за 1988 год содержал и большую статью о женщинах в спорте, где цитировалось высказывание британской чемпионки по метанию копья Фатимы Уитбред: «Я должна поддерживать такую форму для того, чтобы побеждать. Своих мускулов я не стесняюсь. Люблю выглядеть здоровой и хорошо себя чувствовать» Фатима Уитред, цит. в.: Adrianne Blue. Women and Sport// Vogue(April 1988), p.255.

Тяжелая атлетика, которая ранее интересовала лишь узкий сегмент мужских субкультур, стала приобретать широкую популярность, особенно в Америке. Вскоре мужчин и женщин призывали вкладывать средства в собственные тренажеры. Часть рекламы относилась к мужчинам, ассоциирую мускулатуру с мужественностью и прибегая к слоганам вроде «Силою мил будешь». В одной рекламе 1999 года были наглядно сопоставлены две фотографии: одна - женского торса в корсете, другая - мускулистой молодой женщины, чья оголенная талия приобрела совершенную форму благодаря занятиям греблей The Corset: a cultural history, Yale University Press, 2001.

Моду продолжали критиковать за искусственность, а бодибилдинг считался естественным и придающим силы.

Кроме того, в рамках такой эстетики «жир» рассматривался как материя совершенно излишняя. Можно процитировать Джейн Фонду: «Я люблю чувствовать свои косточки».(см.приложение 2.2) Или как выразилась Наоми Вулф, «пережитому женщинами чувству освобождения от ограничений старой моды нанесло удар новое и зловещее отношение к телу» Ibid., p.10; Naomi Wolf. The Beauty Muth. N.Y.: Morrow, 1991, p.67.

Ношение корсета было формой модификации тела, которая глубоко влияла на жизнь женщины. По словам Сьюзен Браунмиллер, никакой серьезный разговор о женской красоте «не может быть по-настоящему осмысленным без внимательного рассмотрения корсета», потому что он сыграл «ведущую роль в истории тела» Susan Brownmiller. Femininity. N.Y., London: Simon and Schuster, 1986, p.19 . Однако само понятие тела сложнее, чем кажется. Принято считать, что мода прошлого сковывала и «деформировала» тело, тогда как XX век породил тело «свободное» и «естественное». Корсет - прекрасный пример жесткого, физически угнетающего предмета одежды, которому мы по привычке противопоставляем непринужденную, «свободную» одежду нашего времени The Corset: a cultural history, Yale University Press, 2001.

Вся история человечества стремилась «одевать», «оформлять» свое тело так, чтобы оно отвечало определенным социокультурным идеалам красоты, чувственности, статуса, адекватности и другим властным силам. Конечно, такая деталь одежды, как корсет, может показаться насилием над телом, а спортивный бюстгальтер более функционален и удобен. Однако ношение бюстгальтера никак нельзя назвать «естественным». Большинство людей сегодня согласились бы, что сознательный отказ современной женщины носить корсет - явление положительное. Однако в каком-то смысле корсет просто усвоился, интернализовался при трансформации дисциплинарных режимов в духе описанного Фуко перехода от «природного» к «послушному» Цит. в.:Joanne Entwhistle. The Fashionable: Fashion, Dress and Modern Scial Theory. Cambridge: Polity Press, 2000, p.14.

Однако не стоит забывать, что в наше время корсет часто появляется на подиумах и телевизионных экранах. Но врачи предостерегают, что корсеты нарушают дыхание, кровообращение и пищеварение. Современным модницам нужно помнить, что корсет должен отвечать требованиям медицинской науки и эстетики.

В наше время корсет не является обязательным атрибутом повседневного наряда, к примеру, как это было до начала XX века. Не смотря на это, мы можем наблюдать в повседневной жизни девушек, которые смело носят корсет, используя его как предмет верхней одежды. На протяжении всего времени существования корсета, вокруг него велись споры, по поводу его отрицательного влияния на женское тело и организм. Нельзя отрицать, что его прежний исторический «прототип» был явно не самым удобным и безопасным. Благодаря технологическому усовершенствованию корсета, его модернизации, он пользуется безусловной популярностью среди женского населения. И это доказывает, что корсет всегда остается востребованным для придания телу изыска и шарма.

2.3 Возвращение корсета: от haute couture Haute couture -- бренды люксового сегмента, изделия которых всегда характеризуются авторской работой, уникальностью, сложностью изготовления, преимущественно ручного, самым лучшим качеством материалов, наиболее высокой категорией цены. Изделия являются предметами роскоши и создаются только по индивидуальным меркам, только в Домах Высокой моды. до субкультурного элемента

Когда крепкое тело вытеснило корсет, он стал играть в мире моды новые роли.

Корсет, который издавна считался как символ угнетения женщин, отныне был переосмыслен как расширение женских сексуальных полномочий. Хотя первыми значение корсета трансформировали панки, важнейшую роль в его популяризации сыграла поп-певица Мадонна с помощью и при поддержке французского дизайнера Жан-Поля Готье(см.приложение 2.3). Он славится тем, что подчеркивает сексуальность, используя фетишистскую одежду; именно поэтому корсет стал неотъемлемой частью его творчества: «Первый фетиш, который я сделал своими руками, - корсет, - Это всё из-за моей бабушки». Ребенком он обнаружил в ее кладовке зашнурованный оранжево-розовый корсет. «Я подумал «Господи, это еще что такое?» Позже я увидел его на бабушке и она попросила помочь ей затянуть его потуже». Бабушка рассказала ему о моде рубежа веков на тугую шнуровку, и Готье был «зачарован» тем, что показалось ему «одной из тайн» Готье, цит. в.: Michelle Olley. Jean Paul Gaultier: Rascal of Radical Chic// The Best of Skin Two/ London. 1993, p.70.

На протяжении многих лет он создавал модели одежды с использованием корсетов, как для мужчин, так и для женщин, а также куртки и платья с корсетной шнуровкой.

Тьерри Мюглер создал множество новых необычайных моделей корсета, от свирепых до женственных.(см.приложение 2.4) Особенно знамениты его мощные сексуальные образы амазонок, облаченных чуть ли не в броню. В своем творчестве Мюглер любит рассказывать истории о женщинах, представляя их дивами, богинями, дьяволицами и секс-машинами. Женщина Мюглера часто заключена в жесткие материалы, такие как плексиглас или металл. Создавая модель Carapace(«Латы») из лепной рельефной черной кожи, Мюглер работал со специалистов-кожевником Абелем Вильяреалем. В работе над корсетом Lingerie Couture(«Нижнее белье от-кутюр») Мюглер сотрудничал с мистером Перлом. Многие критики считают работу Мюглера в сфере высокой моды творческим апогеем моды на корсет, вдохновленный фетишизмом. На менее продвинутом уровне существует ряд компаний, шьющих «оригинальные» корсеты для любителей корсета и «клубной молодежи». Murray and Vern - лондонская компания, создающая резиновые и металлические корсеты; Dark Garden из Сан-Франциско шьет корсеты на заказ в викторианском стиле, фетишистские модели и корсеты для мужчин.

Существует также дизайнерские ультраженственные корсеты, например от Кристиана Лакруа. Черпая вдохновение из бальных нарядов эпохи арнуво, Лакруа создает ностальгические вечерние платья с историческими деталями, такими как турнюр и корсеты в стиле 1880-х годов.

Самые красивые в мире корсеты высокой моды создает вручную мистер Перл(см.приложение2.5). Корсет вдохновлял и многих других дизайнеров, в их числе Карл Лагерфельд из модного дома Chanel, Джон Гальяно из Christian Dior, Том Форд, работающий для Gucci, а также Dolce&Gabbana, Versace, Valentino The Corset: a cultural history, Yale University Press, 2001(с223-225)(см.приложение 2.6).

Можно заметить, что корсет возвращался в моду каждые два-три года - в 1992, 1994, 1997, 2000, 2001. В моде принципиально важна своевременность, объясняла Сара Моуэр из Harper's Bazaar - так в 1994 годы «феномен чудо бюстгальтера (Wonderbra) заставил дизайнеров обратить внимание на наличие потребности в «сексуальной женской форме, подчеркнутой с помощью искусственных средств». Кроме того, корсет визуально гармонировал с с другими явлениями в мире моды - «резким удлинением подола и увеличением каблуков». И наконец, еще одна одна его функция - привлечение внимания к талии - «новой эрогенной зоне» Sarah Mower. Learning Curves// Harper's Bazaar (October 1994), pp.194-196.

Большинство дизайнеров увлечены женственными и привлекательными корсетами, однако существует и разнообразные «экзотические» разновидности. Пожалуй, самый эффектный корсет придумал в 1997 году Джон Гальяно для модного Дома Christian Dior, вдохновившись фотографией африканского воина в «корсете» из бусин. Молодые мужчины восточноафриканских народности динка традиционно носят «корсеты» из бусин, причем цвет бусин символизирует возрастную группу, к которой принадлежит воин(см.приложение2.7).

Тем временем образ корсета продолжает оставаться центральным и для дизайнерской эстетики Вивьен Вествуд. В отличии от формы песочных часов, знаменитые корсеты Вествуд обычно создаются по образцу жестких корсетов XVIII века The Corset: a cultural history, Yale University Press, 2001(226-227).

И наконец, еще один тип современного корсета обращается с телом не как с идеализированной женской формой и не как с суррогатом мускулистого тела, но как с чем-то очень уязвимым или даже ранимым. Обосновавшийся в Лондоне авангардный дизайнер Хусейе Чалаян создал «хирургический» корсет, вызывающий в сзнании неприятные образы физических увечий и врожденных уродств.

Наиболее Влиятелен Александр Макуин, признанная звезда лондонской моды, в чьем творчестве тонкое мастерство ручной работы сочетается с мощной, темной эротической восприимчивостью. Макуин придумал множество корсетов из таких разных материалов, как пурпурный атлас, прозрачное стекловолокно и металл. Для своего протезного корсета он использовал куски рельефной кожи, соединенные нарочно грубыми швами для создания чудовищной пародии на прелестный зашнурованный корсет. В контексте моды эти корсеты в высшей степени необычны и, поскольку напоминают о боли, а не об удовольствии, и заставляют задуматься о природе красоты.

Корсет, как важный элемент образа, присутствует и в различных субкультурах, таких как готика, стимпанк, панк, эмо,

Период готики - это период, с которым, наверное, ношение корсетов ассоциируется в первую очередь. В это время корсет имел железные и деревянные бруски, которые вставлялись между грудными железами, тем самым исправляя все естественные недостатки фигуры.

Внешний вид -- одежда и обувь, причёски, атрибутика -- является одной из важнейших составляющих готической субкультуры и может получать первостепенное значение в глазах её носителей. За рубежом даже возник термин «гот из торгового центра», которым насмешливо обозначают тех, кто приобретает наиболее доступные и не всегда «по-настоящему готические» предметы одежды в обычных магазинах, а не заказывает их дизайнерам; на самом деле (в силу дороговизны и сложности таких заказов) даже наиболее придирчиво относящиеся к своей внешности готы не могут себе позволить полностью одеваться у дизайнеров.

Одежда может быть как подчёркнуто тесной, плотно облегающей фигуру, так и достаточно свободной или даже открытой. Из обуви распространены высокие остроносые кожаные сапоги (женские -- обычно на тонкой шпильке), тяжёлые ботинки (иногда армейского типа, часто на высокой платформе). Женщины очень часто носят корсеты из различных материалов -- бархата, парчи, винила, кожи, латекса; мужской костюм чаще всего состоит из брюк и рубашки, причём их внешний вид зависит от конкретного стилевого направления, к которому принадлежит гот. Некоторые представители субкультуры предпочитают одежду, стилизованную под моду XVIII--XIX веков (так называемые «викторианские готы», англ. Victorian Goths, и «романтические готы», англ. Romantigoths). Женщины, придерживающиеся такого стиля, обычно носят длинные платья, корсеты, кружевные вуали, длинные перчатки, декоративные зонты, мужчины -- фраки и цилиндр или «романтические» блузы. На формирование типично готического женского имиджа во многом повлиял образ «роковой женщины», зародившийся ещё в викторианскую эпоху и популяризованный фильмами в жанре нуар.

Стимпанк-субкультура - это одна из тех сред, в которой корсет, как историческая ценность, приобретает новую жизнь. Остается только смотреть и радоваться тому, что спустя века и даже тысячелетия, корсеты, как и прежде, пользуются большой популярностью.

Стимпанк-мода не имеет какого-либо набора правил, но имеет тенденцию к синтезу современных стилей под влиянием викторианской эпохи. Зачастую стимпанк-мода подразумевает платья, корсеты, юбки и турнюры для женщин, и костюмы с жилетами, пальто, короткие гетры или одежду-милитари -- для мужчин. Наряды, вдохновляемые стимпанком, часто имеют выраженный акцент на специфические аксессуары: карманные часы, зонты, очки (гогглы). Современные аксессуары, такие, как сотовые телефоны или музыкальные плееры, в принципе могут входить в стимпанк-наряды, но после придания им «викторианского» вида. Аспекты моды стимпанка могут включать элементывысокой моды, нео-викторианства, стилей готической лолиты и готического аристократа.(см.приложение2.8)

Заключение

С позиций культурологии телесность представляется как сфера подлинно жизненного взаимоотношения объекта и субъекта. Но телесность охватывает не всю сферу такого взаимоотношения, а лишь ту часть, которая структурно определена, закономерна в своём строении. В телесности, как органическом единстве души и тела, принимается за основу именно та сторона вещей, которая делает их в разной степени отстранённой от всего обычного и повседневного. Рассмотрение телесности в опыте онтологического постижения позволило выявить множественность ёе измерений: телесное и духовное; пространственное и временное; биологическое, социальное и культурное. Применительно к телесной системе наиболее естественным и органичным будет рассмотрение её пространственных структур, учитывающее не только понимание тела как «места», но и различные его уровни, проекции, эквивалентность центра и периферии, глубины и ширины, внешнего и внутреннего.

Изучив все вопросы, мы пришли к таким выводам:

Корсет как феномен претерпевал различные трансформации на протяжении веков. Изначальным предназначением корсета была установка придать телу нужные очертания. В наше время, такая задача отсутствует.

Мышечный корсет - одно и видоизменений известного нам предмета женской одежды - корсета. Идею «свободы» оценили женщины в начале XX века, подхватив пропаганду модных журналов о соблюдении диет и физических упражнений.

Корсет становится неотъемлемым атрибутом различных субкультур, таких как:

Готическая субкультра, Панк, Стимпанк, Эмо.

У корсета присутствует тенденция регулярно возвращаться в моду.

Корсет, как предмет одежды, обладает символическими функциями, особенно, это касается различных племен, где корсет несет в себе некий семиотический код.

Корсет - это такая одежда, которая способна приблизить даже самую неидеальную женскую фигуру к совершенству. Если окунуться в историю, то можно заметить, что идеал женской фигуры постоянно менялся, а совместно с этим менялся и внешний вид и форма корсетов. К примеру, греки и римляне очень ценили стройных, но пышногрудых дам, поэтому корсеты в то время имели вид кожаных поясов, которые носились под платьями на груди

или под грудью. Корсет - это уникальная вещь, ведь он отлично сочетается практически с любыми вещами, например, с платьями. Правда платье должно быть особого кроя: оно должно быть прямое и приталенное и, желательно, чтобы оно не было слишком пестрым.

В ходе работы над дипломной работой и по итогам проведения социологического исследования, можно сделать выводы, что корсет, как бы не менялся его облик, будет всегда актуален. Это свидетельствуют ответы респондентов, а также наличие корсетов в мире моды в наше время.

Список литературы

Барт Р. Лекция (1977)] / пер. с фр., сост., общ. ред. и вступ. ст. Г. К. Косикова. -- М.: Прогресс, 1989. -- 616 с.

Барт Р. Критика и истина / пер. Г. К. Косикова // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX--XX вв.: Трактаты, статьи, эссе. -- М.: МГУ, 1987. -- С. 349--387.

Барт Р. Сад, Фурье, Лойола [1971] / пер. с фр. Б. М. Скуратова. -- М.: Праксис, 2006. -- 256 с

Барт Р. Ролан Барт о Ролане Барте / сост., пер. с фр. и послесл. С. Н. Зенкина. -- М.: Ad Marginem; Сталкер, 2002. -- 288 с

Барт Р. Система Моды. Статьи по семиотике культуры // пер. с фр., вступ. ст. и сост. С. Н. Зенкина. -- М.: Издательство им. Сабашниковых, 2003.

Бодрийар Ж. Система вещей. М., 1973.

Бражникова, Я. Плоть и история. К идее архитектонического прошлого в философии М. Мерло-Понти (PDF) // Логос. -- 2004. -- № 1. -- С. 72-87.

Быховская И.М.. Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996

Готье, цит. в.: Michelle Olley. Jean Paul Gaultier: Rascal of Radical Chic// The Best of Skin Two/ London. 1993, p.70

Делёз Ж. Различие и повторение / Пер. с фр. Н. Б. Маньковской и Э. П. Юровской. -- СПб.: Петрополис, 1998.

Захаржевская Р.В. Костюм для сцены. Советская Россия, 1967.

«Люди в чёрном», Джон Харви. М.: Новое литературное обозрение, 2010. -- 304 с

Мерло-Понти М. Феноменология восприятия (1945) / Пер. с фр. под ред. И. С. Вдовиной, С. Л. Фокина. -- СПб.: Ювента; Наука, 1999. -- 603 c

Мерло-Понти М. Знаки / Пер. с фр., примеч. и послесл. И. С. Вдовиной. -- М.: Искусство, 2001. -- 428 с -- (История эстетики в памятниках и документах.)

Мерцалова М.Н. История костюма. М.: «Искуство», 1972. -202с.

Петров JI. В. Мода как общественное явление. JL: Знание, 1974.

Стил Валери «Корсет», . М.: Новое литературное обозрение, 2010. -- 272 с(с.187-212)

Фатима Уитред, цит. в.: Adrianne Blue. Women and Sport// Vogue(April 1988), p.255

Фуко M. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы / Пер. с фр. В. Наумова под ред. И. Борисовой. -- M.: Ad Marginem, 1999.

Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. Работы разных лет Пер. с фр., сост., комм. и послесл. С.Табачниковой. М. Касталь 1996 г. 448 с

Фуко М. Использование удовольствий. История сексуальности. Т. 2 / Пер. с фр. В. Каплуна. -- [СПб.]: Академический проект, 2004. -- 432

Цит. в.:Joanne Entwhistle. The Fashionable: Fashion, Dress and Modern Scial Theory. Cambridge: Polity Press, 2000, p.14

Эрибон Д. Мишель Фуко / Пер. с франц. Е.Э. Бабаевой. -- Москва: Молодая гвардия, 2008. -- С. 154, 159. -- 382 с

Beauty Notices// Vogue(April 1988), p.113

Ella Fletcher. The Woman Beautiful [1899]. N.Y.: Brentano, 1900, pp.32-34

Ibid., p.10; Naomi Wolf. The Beauty Muth. N.Y.: Morrow, 1991, p.67

Joy through Exercise// Harpers & Queen (September 1979), p.108.

Robert Riegel. Women's Clothes and Women's Rights// American Quarterly 15(Fall 1963), pp.101-103

Susan Brownmiller. Femininity. N.Y., London: Simon and Schuster, 1986, p.19

The Corset: a cultural history, Yale University Press, 2001pp. 17-187

Социологическое исследование на тему: «Корсет как неотъемлемая часть гардероба».

Обоснование проблемы исследования:

Пожалуй, корсет -- самый неоднозначный из существующих предметов одежды. Начиная с эпохи Возрождения и вплоть до ХХ века, он оставался обязательной деталью модного женского платья, хотя многие воспринимали его как «орудие пытки» и видели в нем причину болезней. Почему же на протяжении четырех столетий женщины продолжали носить корсеты с ребрами из стали или китового уса? И почему, в конце концов, перестали?

Объектом нашего исследования выступают девушки и женщины, проживающие в гор. Москва, как пример мегаполиса, в котором нет затруднений с доступом к информации и к современной культуре нашего общества, частью которой является мода.

Предметом исследования являются отношение людей к корсету, как к предмету женского гардероба.

Операционализация основных понятий:

Гардероб - совокупность имеющейся у человека в наличии одежды или её части, например, курортный гардероб, вечерний гардероб и т. д.

Корсет - предмет женской одежды в виде широкого пояса с вшитыми упругими пластинками, туго охватывающего нижнюю часть грудной клетки и живот для придания фигуре необходимого вида (гордая осанка, стройная талия) и мягкой поддержки груди. Обычно с одной или нескольких сторон сделана шнуровка, нередко с другой стороны делают застёжки.

Торговая марка - обозначение (словесное, изобразительное, комбинированное или иное), служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Мода - временное господство определённого стиля в какой-либо сфере жизни или культуры. Определяет стиль или тип одежды, идей, поведения, этикета, образа жизни, искусств, литературы, кухни, архитектуры, развлечений и т. д., который популярен в обществе в определённый период времени. Понятие моды часто обозначает самую непрочную и быстро проходящую популярность.

В качестве метода исследования мы берем количественный тип - анкетирование по эмпирической стихийной выборке.

Возьмем за основу репрезентативную группу в возрасте от 18 до 45 лет.

Целью нашего исследования является изучение корсета, как предмета одежды в современном fashion-пространстве.

Задачи исследования:

Разработка и проведение исследования, для достижения цели.

Выявить, степень заинтересованности девушек и женщин к корсету.

Понять отношение респондентов к корсету с медицинской точки зрения.

Выяснить считают ли девушки и женщины корсет самостоятельным предметом одежды.

Гипотезы

Респонденты в большинстве случаев (более 50%) относятся к корсету негативно из-за медицинских последствий.

Большинство респондентов (50%) хотели бы иметь/или имеют у себя в гардеробе корсет.

Большинство респондентов (более 50%) регулярно носят корсет, чтобы следовать моде.

Корсет делает фигуру более привлекательной для большинства респондентов (более 50%).

Справка к пилотажу:

Пилотаж был проведён 01.05.2014г. В нём участвовали 15 человек.

В ходе пилотажа были выявлены следующие ошибки:

1. Некорректная формулировка ряда вопросов:

- №8; №9;

2. Недостаточное количество вариантов ответов в вопросах №8,№9.

Вопрос №8: Если Да, то корсет какой марки Вы предпочитаете?

Исправлен: вопрос сделан полуоткрытым, добавлен вариант ответа «другое».

Вопрос №9: С какой целью Вы его носите?

Исправлен: вопрос сделан полуоткрытым, добавлен вариант ответа «другое».

Анкета:

1. Ваш возраст?

18-23

24 -35

36-45

45 и старше

2. Ваш уровень дохода (тыс. руб. на члена семьи)?

Менее 9000

От 9000 до 15000

От 15000 до 25000

От 25000 и выше

3. Уровень Вашего образования?

Неоконченное среднее

Среднее профессиональное

Неоконченное высшее

Высшее

4. Следите ли Вы за модой?

Да

Скорее да, чем нет

Скорее нет, чем да

Нет

Затрудняюсь ответить

5. Как Вы относитесь к корсету?

Положительно

Скорее положительно, чем негативно

Скорее негативно, чем положительно

Негативно

Затрудняюсь ответить

6. Считаете ли Вы корсет обязательным предметом женской одежды?

Да

Скорее да, чем нет

Скорее нет, чем да

Нет

Затрудняюсь ответить

7. Присутствует ли в Вашем гардеробе корсет?

Да, присутствует

Нет, не присутствует

Нет, но хотелось бы

8. Если Да, то корсет какой марки Вы предпочитаете?

NUANCE

Bella

Allure

Другое ___________________________

Нет корсета

9. С какой целью Вы его носите/носили бы?

Это модно

Это красиво, и он подчеркивает мои достоинства

Другое ___________________________

10. Считаете ли Вы, что современный корсет может нанести вред здоровью?

Да

Скорее да, чем нет

Скорее нет, чем да

Нет

Затрудняюсь ответить

Спасибо за внимание!

1)

2)

3)

4)

5)

1. 1. Ваш возраст?

28

35

20

17

---

2. Ваш уровень дохода (тыс. руб. на члена семьи)?

7

32

41

20

---

3. Уровень Вашего образования?

3

21

15

61

---

4. Следите ли Вы за модой?

34

36

18

5

7

5. Как Вы относитесь к корсету?

27

26

24

15

8

6. Считаете ли Вы корсет обязательным предметом женской одежды?

18

9

22

15

36

7. Присутствует ли в Вашем гардеробе корсет?

37

18

45

---

---

8. Если Да, то корсет какой марки Вы предпочитаете?

3

8

6

20

63

9. С какой целью Вы его носите/носили бы?

23

51

26

---

---

10. Считаете ли Вы, что современный корсет может нанести ущерб здоровью?

10

8

41

36

5

Результаты исследования:

В рамках исследования было опрошено 100 девушек (в возрасте от 18 до 45 лет и старше). Давайте посмотрим, насколько верными оказались наши гипотезы.

Первая гипотеза (Респонденты в большинстве случаев (более 50%) относятся к корсету негативно из-за медицинских последствий.) не подтвердилась.

В 77% случаев люди не считают, что корсет может нанести какой-либо вред.

Вторая гипотеза (Большинство респондентов (50%) хотели бы иметь/или имеют у себя в гардеробе корсет. ) подтвердилась.

В 37% случаев девушки имеют в своем гардеробе корсет.

В 45% случаев - не имеют, но хотели бы иметь.

В 18% случаев у респондентов отсутствует корсет в гардеробе.

Третья гипотеза (Большинство респондентов (более 50%) регулярно носят корсет, чтобы следовать моде.) не подтвердилась.

Только в 23% случаев опрашиваемые регулярно носят корсет, следуя моде.

В результате полуоткрытого вопроса выяснилось, что девушки, которые имеют в своем гардеробе корсет, носят его по причине визуального улучшения силуэта, либо по причине их отношения к субкультурам. Корсет делает фигуру более привлекательной для большинства респондентов (более 50%)

Четвертая гипотеза (Корсет делает фигуру более привлекательной для большинства респондентов (более 50%)) подтвердилась.

В 51% случаев респонденты согласны с тем, что у корсета есть свойства придавать фигуре больше привлекательности.

Сделаем выводы:

Целью нашего исследования было изучить вкусы и взгляды представительниц прекрасного пола к такому атрибуты женской одежды как корсет. Выяснить, какова роль корсета в современной fashion-индустрии и высокой моде.

По результатам исследования можно сделать вывод, что большое количество девушек и женщин вполне готовы иметь (или уже имеют) в своем гардеробе корсет. Многие положительно относятся к корсету как предмету верхней одежды.

Приложение

Валери Стил - известный историк моды, исследует историю корсета. http://www.nlobooks.ru/node/389

The Corset

A Cultural History

Valerie Steele

Первые корсеты http://fashion-lady.su/interesno-o-mode/korset-istoriya-poyavleniya-interesnye-fakty.html

Иллюстрации из каталога Фонда Спенсера 1957 год http://trinixy.ru/4282-starinnaja_moda__korsety_29_foto.html

Иллюстрация выпуска «Сборник упражнений Джейн Фонды», Лондон 1982 http://bump.ru/page/blog/user/view_post.seam?userId=269142&postId=245412

Мадонна в корсете от Жан-Поля Готье http://www.spletnik.ru/look/newsmoda/41358-10-yarkikh-epizodov-tvorchestva-imeninnika-zhana-polya-gote.html

Костюм «Панцирь»от Тьерри Мюглера, коллекция весна/лето 1997 года.

Корсеты от мистера Перл

Dolce & Gabbana коллекция Весна/Лето 2013 http://www.vogue.ru/collection/springsummer2013/ready-to-wear/milan/Dolce__Gabbana/collection/

Dior и Chanel вернули моду на корсеты. Весна 2013 http://www.vogue.ru/collection/springsummer2013/ready-to-wear/milan/Dolce__Gabbana/collection/

Jean Paul GaultierVercase

Мужчина племени Динка в «корсете», украшенном бусинами. Фото Анджела Фишер. http://antigorod.com/photo/people/15114-plemya-dinka-yuzhnyy-sudan.html

Корсет в стиле Стимпанк http://rockbunker.ru/index.php?cat=95

Корсет в готическом стиле http://rockbunker.ru/index.php?cat=95

ref.by 2006—2019
contextus@mail.ru