Рефераты - Афоризмы - Словари
Русские, белорусские и английские сочинения
Русские и белорусские изложения
 

Отношение к смерти в Средневековье (на примере надгробий)

Работа из раздела: «Культура и искусство»

/

РОссийская академия живописи, ваяния и зодчества ильи глазунова

Курсовая работа на тему: Отношение к смерти в Средневековье. На примере надгробий

Введение

Смерть является одним из ключевых моментов, наравне с такими понятиями как война, монархия, религия, которые имеют влияние на искусство Средневековья.

По мнению некоторых ученых, отношение к смерти - своего рода эталон, индикатор характера цивилизации. В восприятии смерти выявляются тайны человеческой личности. Восприятие смерти, потустороннего мира, связей между живыми и мертвыми - тема, обсуждение которой могло бы существенно углубить понимание многих сторон социально-культурной действительности минувших эпох, лучше понять, каков был человек в истории.

Отношение к смерти в большей мере, чем другие темы истории и культуры, оказывается в источниках 'табуированным', окутанным многообразными наслоениями, которые затемняют ее смысл и скрывают от взора историков. Тем не менее, исследователи решились обнажить 'облик смерти' в культуре, и это помогло им увидеть много нового в жизни и сознании людей минувших эпох.

Целью курсовой работы является рассмотрение и анализ образа смерти в искусстве Средневековья, представленного в надгробиях германских земель.

Главная часть

Погребения Викингов и надгробия с острова Готланд

Изучая культуру эпохи викингов наиболее полную информацию мы получаем , исследуя захоронения, часто с очень богатым и разнообразным инвентарем. Многие из умерших кремировались, но курган не всегда возводился на месте кремации. Люди считали, что умершие, по крайней мере в течении определенного времени, продолжали жить на месте своего захоронения, и поэтому клали в погребение оружие, игрушки, пищу ит.д.

Но иногда исследователям встречаются очень простые захоронения, в которых находится только глиняный горшок с пеплом, собранным после кремации, и немногочисленные предметы быта.

В действительности нам мало известно о представлениях викингов о загробной жизни. Яйца и небольшие хлебцы, которые встречаются в некоторых могилах, вполне могли быть связаны с верованиями и возможностью воскрешения. В доказательство существования у викингов веры в продолжение жизни после смерти можно привести отрывок из очень детально, появившегося в рассматриваемый период времени, отчета о путшествии, составленного арабским автором Ибн Фадланом, затронувшим вопрос о погребальных обычаях скандинавов, о которых ему рассказывал один из викингов. Норман объяснил, почему скандианвы сжигали своих умерших: « Вы, о арабы, глупы. Воистину, вы берете самого любимого для вас человека и из вас самого уважаемого вами и бросаете его в прах ( имеется ввиду,земля) и съедают его прах и гнус и черви, а мы сжигаем его во мгновение ока, так что он входит в рай немедленно и тотчас».

Было типичным сожжение тел на погребальном костре, где температура могла достигать 1500 С°, что значительно выше температуры горения при современной кремации. Такой костер оставлял лишь несколько обуглившихся костей и расплавленный метал. Подобные костры сооружались так, чтобы столб дыма был как можно более массивным.

Снорри Стурлусон в своей Младшей Эдде упоминает погребальный ритуал с обрезанием ногтей умершего с целью не дать построить Нагльфар -- корабль, который доставит армию ётунов на Рагнарёк. В «Круг земной» дается общая концепция религиозных обрядов погребения:

Один постановил, что всех умерших надо сжигать на костре вместе с их имуществом. Он сказал, что каждый должен прийти в Вальхаллу с тем добром, которое было с ним на костре, и пользоваться тем, что он сам закопал в землю. А пепел надо бросать в море или зарывать в землю, а в память о знатных людях надо насыпать курган, а по всем стоящим людям надо ставить надгробный камень. ... Люди верили тогда, что, чем выше дым от погребального костра подымается в воздух, тем выше в небе будет тот, кто сжигается, и он будет тем богаче там, чем больше добра сгорит с ним.

Сага об Инглингах, Круг Земной

Сразу после смерти, вождь был похоронен во временной могиле, пока для него шили новые одежды. Одна из тир вождя вызвалась разделить с ним загробную жизнь. Её сажали под круглосуточную охрану, давали хмельные напитки, а она распевала радостные песни.

Через десять дней, когда были сшиты новые одежды для усопшего, тело было эксгумировано. Церемонию проводила старая женщина, представлявшая ангела смерти. Перед началом церемонии драккар вождя был вытащен на берег и водружен на деревянную платформу. На корабле помещали кровать вождя, а ангел смерти клала подушку на неё. В качестве подношений вождь получал хмельные напитки, фрукты и музыкальный инструмент. После его клали на кровать со всем его оружием и подношениями. Затем загоняли двух коней, порубали их на куски, а мясо их бросали на драккар. В конце в жертву приносили петуха и курицу.

Тем временем, тир обходила палатку за палаткой, совокупляясь с мужчинами. Каждый говорил ей: «скажи своему господину, что я сделал это из-за любви к нему». После её подводили к чему-то похожему на дверной короб. Мужчины поднимали её на руках три раза, и каждый раз она говорила, какое ей было видение. Хмельные напитки были призваны ввести тир в транс, а дверной короб был символом входа в потусторонний мир..

Теперь её отводили к драккару, где она отдавала свои браслеты ангелу смерти, а кольца её дочери, которая охраняла её. После она входила на корабль, но ей не позволяли зайти под тент, где лежал вождь. Выпив несколько сосудов с хмельным напитком, она пела песни и прощалась с близкими. Под конец её вводили в палатку, где лежал почивший. Её клали на кровать к вождю, двое брали за руки, двое за ноги, а ангел смерти накидывала ей на шею веревку. Пока оставшиеся двое мужчин тянули веревку, ангел смерти протыкала тир ножом под ребрами. Подобный обряд свидетельствует о том, что девушка рассматривалась как вместилище для передачи жизненной энергии почившему вождю.

В конце церемонии прибывали родственники почившего с факелами и подожгли драккар. Считалось, что огонь поможет умершему перейти в мир иной. К сожалению ибн Фадлан не уточнил, в какой именно из загробных миров почивший должен был отправиться. На месте сожжения сооружался круглый холм, а на его вершине водружался столб из белого тополя (хаданг), с вырезанными на нем именами вождя и его конунга. После они отплыли в своих драккарах

Периодически в Скандинавии встречаются захоронения без кремации, как в простых погребениях и « гробах», так и в больших погребальных камерах: они характерны для Бирки. Так как захоронения часто ориентированы на восток и запад, возможно, они свидетельствуют о распространении христианского влияния. Наиболее важные захоронения без кремации, дошедшие до нас, представлены грандиозными погребениями в ладьях. Глинястые почвы районов Гокстад и Туна хорошо сохранили деревянные суда, которые практически не дошли до нас из других областей Скандинавии, и по этой причине захоронения Вестфольда представляют исключительно ценную информацию об искусстве и жизни норманнов в этот период времени.

Помимо захоронений в драккарах викинги часто возводили памятники почившим соплеменникам. Такими памятниками стали надгробные плиты-стелы. Сюжетные сцены наиболее распространены на каменных стелах острова Готланд. Наиболее ранние поминальные камни Готланда датируются, V-VI веками. Несмотря на некоторые различия, как правило, они имеют форму, напоминающую боевой топор, поставленный «лезвием» вверх. Считается, что подобная форма уже сама по себе выполняет функции охраны захоронения. Неслучайно самым популярным и массовым амулетом у скандинавов на протяжении многих веков был Мьёлльнир, стилизованный молот бога Тора, который, как считалось, оберегает его владельца от всякого зла. Охранные функции часто приписывали символу как боевого топора, так и его прототипа - молота. Собственно, одним из наиболее типичных видов оружия ранних этапов бронзового века в Северной Европе были характерные «гибридные» или, скорее, промежуточные, переходные по форме топоры-молоты с острым лезвием и массивным обухом, имеющим плоскую ударную платформу.

Изображения на камнях делались в очень низком рельефе, что предполагает полихромность скульптуры. Одной из наиболее часто встречающихся фигур на ранних готландских камнях является розетка или диск, внутри которого расположена спиральная свастика.( стела из Бру 400-600) Лучи свастики плавно изогнутые, закручены «посолонь», то есть вправо, по часовой стрелке. Иногда такую фигуру еще называют «вращающимся колесом» или «сегнеровым колесом», позже в геральдике такой тип рисунка называется Gyronny arrondi.Считается, что данный символ является солярным знаком, то есть символизирует солнце и его атрибуты: свет, энергию, движение по небу, смену времени суток и сезонов года, а опосредованно - и следование человека своей судьбе. Поклонение солнцу отмечено во многих религиях разных народов и эпох. Скорее всего, в случае с камнями Готланда, так оно и есть, но, по всей видимости, этот знак, как и сама форма камня, выполняет также охранные функции, что не противоречит содержанию солярной символики. Подтверждением этому может служить тот факт, что тот же самый символ встречается на щитах воинов, изображенных на готландских камнях более позднего времени. Внизу стелы изображен корбаль с веслами. Следует отметить, что это, вообще, один из самых значимых для скандинавов объектов материальной культуры. «Дом викинга - корабль», - гласит поговорка. Пожалуй, в не меньшей степени это справедливо и для скандинавов более ранних эпох. Рисунок корабля или лодки встречается в наскальных изображениях Северной Европы довольно часто, начиная с эпохи Бронзы. Причем, характерная форма этих ранних судов, с двойными штевнями, была чрезвычайно устойчива и без существенных изменений просуществовала несколько тысячелетий. Ряд археологических находок, прежде всего - ладья из Хьертшпринга (IV в. до н.э.), обнаруженная на датском острове Альс, подтвердил высокую степень адекватности изображаемых судов их реальным прототипам. Таким образом корабль являлся как символом жизни, так и знаком культа мертвых. К тому же, эпоха викингов попадает на период смерть «прирученная», как сообщает нам Арьес. И смерть воспринимали как продолжение жизни.

Во второй половине 7 века появляются камни, с повествовательными композициями. Сюжетами их служат события саг. Стела из государственного исторического музея Стокгольма ( Стура-Хаммарский камень) яркий тому пример. Она датирована 700-800г и повествует нам сцены жертвоприношения на алтаре с валькнутом, драккар с воинами, воин перед повешеньем на дереве с изображением валькнута рядом. Считается, что наличие на рисунке валькнута, как символа культа Одина, дает право утверждать о наличии в скандинавском язычестве практики человеческих жертвоприношений.

Камень частично иллюстрирует легенду о Хильд или легенду о вечной битве. Хильдар- валикирия в северо-германской мифлогии,упомянутая в Младшей Эдде. Она являлась дочерью Хегни и женой Хегина, которые были заклятыми врагами Обладая даром воскрешения, Хильдар не давала умереть ни одному из воинов. Таким образом присутствие этой саги наталкивает на мысль о вечной жизни усопшего, покоящегося под стелой.

Памятниками смены веры и вместе с тем старейшими изображениями Христа в Скандинавии является так называемый Еллингский камень. Камень этот был посвящен жене Горма. Памятник имеет форму неправильного тетраэдра Одна сторона его целиком заполнена рунами. На другой изображен оплетенный орнаментом могучий зверь, нечто вроде льва с когтистыми лапами, видимо считавшийся покровителем конунга.

Третья стороны занята фигурой Христа с нимбом вокруг головы, очень детально прорисованы руки, на которых виднеются стигматы. Вся фигура Христа оплетена скандинавским орнаментом. Это странное противоречие сюжетов и символов, является отношением викингов того времени к Христианству. Они приняли новую веру, но не забыли старые традиции.

погребение средневековье надгробие стела

Надгробные стелы Рейнского района

Стелы, о которых пойдет речь появляются в период христианизации Европы. Иногда эти памятники можно спутать с христианскими памятниками, из-за их противоречивых сюжетов, но на мой взгляд они являются языческими.

Например стела из Нидердоллендорфа. Здесь мы видим воина с огромным мечом на поясе и фляжкой. Эрвин Панофски называет ее флягой пилигрима, однако Нессельштраус настаивает, что эта фляга- предмет языческого захоронения. Вокруг фигуры воина трехглавый змий или двуглавая змея, кусающая воина за плечо и шею и еще одна рядом с рукояткой, пытающаяся ухватиться за нее, чтобы обезоружить воина. Панофски интерпретирует змею как символ тьмы и дьявола, а воина с мечом и флягой как символ Христа.

Так же это может быть бог Тор , сражающийся с Митгардской змеем, сыном бога Локки ( хотя в саге о рыбалке Тора, с собой у него был не меч, а молот - Мьёллнир) . А фляга- предмет погребального культа у германцев. Тор отправился на рыбалку с великаном Гимиром. Великан не хотел брать с собой Аса, отказывался предоставить Тору наживку для рыбы и не хотел грести. Тогда Тор убил самого большого быка из стада Гимира, взял в качестве приманки бычью голову и сказал, что сам сядет на вёсла. Гимиру пришлось взять Тора с собой в море.

Через какое-то время Гимир сказал, что они заплыли достаточно далеко и плыть дальше становится опасно из-за Мирового Змея, но Тор продолжал грести. Гимир был очень этим недоволен, и вот Тор, наконец, остановился.

Тор приготовил крепкую лесу и большой крючок, на который насадил бычью голову -- и Ёрмунганд попался на приманку. Тор приготовился к долгой борьбе, но дно лодки не выдержало и проломилось. Тогда Тор уперся ногами прямо в морское дно и подтащил Мирового Змея к самому борту. Ас и Мировой Змей смотрели друг на друга с ненавистью, и яд капал из пасти Ёрмунганда.

Тор хотел уже было убить Змея своим молотом, но Гимир перерезал лесу, протянувшуюся через борт лодки, и Змей погрузился в море. Тор пустил Мьёллнир вслед Змею и, говорят, даже размозжил ему голову. Но все-таки Змей и по сей день жив и лежит на дне моря.

Этот сюжет был очень популярен в то время у скандинавов, он встречается также на готландских стелах. Ермуганд здесь может являтся символом воскрешения. Таким образом мы снова наталкиваемся на Арьеса и «прирученную» смерть скандинавов.

На обратной стороне мы видим аморфную ( не лучше первой) фигуру в окружении орнамента, который считается светящимся ореолом, хотя это больше напоминает некие скандинавские орнаменты или даже руну “ Inguz”, которая являлась руной плодородия и благополучия. А фигура человека с копьем, вряд ли указывает на иконографию Христа, а является еще одним скандинавским мифом об Асах , Боге Одине с копьем Гугнир.

Стелы из рейнской области являются отражением первых шагов северогерманских художников в области фигуративного искусства. Но при всей примитивности изображений человека, произведения эти обладают большой экспрессией, прекрасным чувством ритма и композиционной цельностью. Примером может служить хорошо известный всадник из Хорнхаузена с изображением всадника со щитом, мечом и копьем, выезжающего на огромном коне над огромном плетении из тел змей. При всей примитивности рисунка, диспропорциональности фигур, мы видим и уверенный галоп лошади, и воинственную позу маленького человечка, уместившегося за диском щита, с орнаментацией, близкой к символу коловрата ( опять солярный символ). Голова повернута в профиль, но большой глаз обращен на зрителя анфас.

Первое же знакомство с этим рельефом наталкивает на стелы с острова Готланд, произведения эпохи викингов, представляющих эпизоды скандинавских саг и мифов. Таким образом памятник можно отнести к языческому благодаря этому сходству, а также уже упомянтой выше змее Ермурганд. Здесь изображен или Один на Слейпнире( хотя лошадь имеет только четыре ноги), либо просто павший в бою воин, въезжающий в Вальгаллу.

Но это не единственные интерпретации. Известно, что изображения всадников было широко распространено в качестве декортивного мотива на коптских тканях,ввозимых тогда в Европу. Источником этого мотива был популярный в то время образ святого всадника, встречавшегося на алтарных преградах восточных храмов и в изделиях мелкой пластики.

Однако не известно предназначение стелы. Этот вопрос попытался решить Курт Бёнер, который связал воедино обе интерпретации. По его мнению, эта стела была частью алтарной преграды, которую изготовляли южно германские мастера, для изображения сюжетов скандинавских саг . но автор все же считает, что стела является христианской и рядом должны были изображаться фигуры святых и оленей

Надгробия Меровингов

Примером надгробной пластики эпохи Меровингов могут служить саркофаги из склепа в Жуаре. Это саркофаги Теодехильды и ее брата Ажильбера. Первый из них представляет собой шедевр декоративной резьбы. Поверхность его стенок расчленена двумя горизонтальными рядами рельефно вырезанных морских раковин.

Иначе украшен саркофаг Ажильбера. Известно, что св. Мартин решительно осуждал использование скульптуры в храмах, как и в позднем Риме, скульптура представялет собой рельеф на саркофагах и стелах.

В пропорциях фигур, в округлости форм чувствуются отдаленные отголоски классики, однако изображения проникнуты необычной для этой традиции силой экспрессии.

Это относится к изображению молящихся людей по обе стороны от Христа.

О сюжете этого рельефа существуют разные мнения.

Арьес делает далеко идущий вывод о том, что в Раннее Средневековье якобы еще не существовало идеи посмертного воздаяния; как он утверждает. Страшный суд здесь не изображен.

Убедительность аргумента ex silentio сама по себе сомнительна. По существу же необходимо сказать: Арьес дал весьма спорную, чтобы не сказать ошибочную, трактовку рельефа на саркофаге Агильберта. Здесь изображен именно Страшный суд: вокруг Христа стоят не евангелисты, как предположил Арьес, а воскресшие из мертвых -- по правую Его руку избранники, по левую -- проклятые. Сцена Страшного суда на этом рельефе -- отнюдь не единственная из числа относящихся к раннему периоду Средневековья. Традиция изображений суда восходит к IV в., но если в позднеантичное время Страшный суд интерпретировался в иконографии аллегорически и символически ('отделение овец от козлищ', причем праведников и грешников изображали в виде этих животных, разделяемых пастырем на чистых и нечистых), то в начале Средневековья картина резко меняется: сюжетом ее становится именно суд Христа над восставшими из мертвых, и особое внимание художники уделяют трактовке наказаний, которым подвергаются осужденные.

Необычность иконографии заключается в нескольких элементах: стоящие по левую руку от Христа люди также обращены в молитву, иными слова суд еще не начался, но ангел уже вещает исход, другая странность в том, что Христос, повернувшись к праведникам, в левой руке держит развернутый свиток. Но это лишь ранняя попытка наглядного воплощения важнейшего для истории средневекового искусства сюжета.

Не менее интересен для истории формирования средневековой иконографии и другой рельеф саркофага Агильбера. На нем представлен 'Христос во славе' - мотив, проходящий через все искусство западноевропейского Средневековья. Христос восседает на троне с раскрытой книгой в руках, голова его обрамлена крещатым нимбом, фигура же заключена в овальную мандорлу, по сторонам которой располагаются символы четырех евангелистов, претворяя в основном общепринятые впоследствии иконографические формулы.

Ирландские стелы

Рассматривая каменные стелы Раннего средневековья, можно упомянуть памятники, не имеющие отношения к погребальному культу, но стилистически похожие на надгробные камни, это ирландские стелы-кресты, которые служили местом убежища и молитвы.

Первоначально изображения креста процарапывались на каменных стелах. Это мог быть один только крест или крест с фигурой распятого Христа. Такова стела в Дувиллауне (vii-viiiвв). На лицевой стороне камня во всю его высоту выгравирован крест с фигурой Христа. Фигура крайне антропоморфна и диспропорциональна - удлиненное туловище, очень короткие конечности(?). Голова повернута в фас, а ноги на 180 гр вправо. С двух сторон от Христа две фигуры. Одна с копьем, другая с символами-губкой и уксусом.

Вскоре стелы были заменены цельными крестами высотой 3,5-4м. Украшались такие кресты плетеным орнаментом или рельефными изображениями сцен из ветхого и нового заветов.

Свыше 5 метров составляет высота одно из наиболее обильно декорированных ирландских каменных крестов, дошедших до нашего времени.

Это крест из монастыря в Мууне, датируемый 8 веком. Вырубленный из гранита, он стоит на высоком постаменте, средокрестие обрамлено кольцом.

В Ирландии существует поверье, что форма «кельтсвикй крест» появилась на острове благодаря Св. Патрику . Согласно ему, кельтский крест -- это объединение креста, символа христианства, и символа солнца, чтобы дать обращённым в христианство из язычества идею о важности креста, связав его с идеей языческого солнечного божества.

В отличии от более поздних крестов Мунский крест украшен в верхней части изображением птиц, зверей и криптозоологических существ, а также орнаментами, в то время как сюжетные сцены сосредоточены на постаменте. Здесь со всех четырех сторон представлены события из Ветхого Завета ,а также эпизоды из жизни св. Антония- родителя монашества.

Сюжеты, которые представлены на кресте:

С восточной стороны: Адам и Ева «Грехопадение», «Жертвоприношение Авраама» и «Даниил во рву львином»

Теме спасения посвящены и рельефы южной стены цоколя, « Три отрока в пещи огненной», «бегство в Египет», имеется изображение хлебов и двух рыб, что является напоминанием о чуде Христа, спасшего 5тысяч людей от голода.

Завершает цикл изображение «распятия» над двенадцатью апостолами. Апостолы являют собой недвижимые фигурки людей, выстроившихся в 3 яруса. Сами по себе апостолы геометризованны, фактически это квадратные туловища с маленькими расставленными в разные стороны ножками и отсуствием рук, лица лаконичны и схематизированы.

На четвертой стороне цоколя размещены три рельефа, посвященных святому Антонию.

Вверху он принимает св. Павла Фивейского. Отшельники сидят друг напротив друга, а посланная с неба птица приносит им еду. Ниже представлено « Искушение св. Антония». Маленькая фигура абсолютно идентична фигурам двенадцати апостолов. Святой отшельник находится в окружении причудливых существ, с головами козла и птицы( возможно, петуха)

Этот крест отличается от остальных расположением «Распятия»( в более поздних оно будет в средокрестии). Позднее изображения станут более динамичными и пропорциональными, что дает намек на классическое искусство ( крест Муиердаха

Рассмотрим подробно крест Муиердаха.

Это памятник относящийся к 9 , возможно,10 веку, расположенный в руинах Монастербойского монастыря. Крест Муиердаха один из трех сохранившихся высоких крестов на территории монастыря. Все кресты сделаны из песчаника и называются Северный, Южный и Зпадный. Нет уверенности, что кресты стояли на этих местах первоначально. Южный крест получил свое название благодаря надписи на западной стороне, в которой указано имя создателя. Считается, что это Muiredach Muiredach Mac Domhnall (ум. 923), был одним из настоятелей монастыря. Существует, однако, и другой аббат по имени Muiredach который умер в восемьсот сорок четвёртом году. Другой возможностью является то, что Muiredach может относиться к Muiredach Mac Cathail (ум. 867), правителю территории, на которой находился монастырь [4].

Размер креста около 19 футов (5,8 м) в высоту, в том числе постамент, который составляет 0,69 м. Крест изготовлен из песчаника. Постамент имеет форму усеченной пирамиды.

Каждый кусочек креста имеет живописный орнамент, который хорошо сохранился, хотя изначально он был прорисован более детально.

С восточной стороны крест поделен на шестнадцать зон.

Зона 1 Эта панель изображает двух отшельников святых Антония и Павла Фивейского, рядом с ними буханка хлеба и птица. Эта группа связана с северной стороной, где изображена встреча Антония и Павла

Зона 6 Неясно, что представляет эта панель. Дж. Аллен Ромили предлагается, что эта группа может представлять душу забираемую на небо двумя ангелами. [13] Макалистер думал, что это возможно, представлены два ангела-хранителя. [Источник?]

Зона 7 Это сцена Страшного Суда. Он содержит более 45 фигур, в центре, Иисус стоит, держа скипетр в правой руке и крест Воскресения Христова в левой. На голове Христа есть птицы, возможно, феникс, символ Воскресения. У подножия Христа небольшая, фигура с открытой книгой. Макалистер предположил, что это ангел с Книгой Жизни.

Зона 8 Здесь изображены три фигуры: Михаил, дьявол, и человек.

Зона 9 Поклонение волхвов. Обычно волхвов трое, потому что они олицетворяют три дара: золото, ладан и миру. Однако, иногда их четверо,вероятно ради cимметрии. Над Христом горит Вифлеемская звезда.

Зона 10 На этой панели изображен Моисей высекающий воду из скалы. Моисей изображен стоящий перед толпой жаждующих израильтян, в то время как вода льется из отверстия. Два ряда израильтян, вероятно, художник хотел показать людей, стоящих рядом друг с другом, и это является еще одним примером проблемы перспективы.

Зона 11 Эта панель изображает битву между Давидом и Голиафом.

Зона 12 Это двойная панель, которая содержит две сцены. Левая сцена изображает Адама и Еву, стоящих под запретным деревом, которое сильно нагромождено фруктами. Обмотанная вокруг дерева змея, шепчет на ухо Еве, которая протягивает яблоко Адаму. Эта сцена дает объяснение того, как грех вошел в мир, следующая сцена показывает, первое убийство.. Каин представляется как мужчина средних лет с бородой, который протыкает голову Авеля - совсем юного.

Зона 13 двое непонятных животных ; Макалистер думал, что это львы

Западная сторона

Зона 1. Группа изображает Моисея на горе Синай.

Зона 11 распятие Христа. Центральной фигурой является Христос на кресте. Он полностью одет, Руки вытянуты прямо и горизонтально. Человек с копьем и человек с губкой расположены симметрично по обе стороны от Христа.

Зона 13 Центральная фигура (Христос) сидит; у подножия заметно какое-то животное. Свток в его руке обращен к фигуре слева; книга к фигуре справа. Macalister настаивает, что фигура справа Иоанн, так как его символ орел, изображенный над головой фигуры.

Зона 14 Эта сцена включает три фигуры. Макалистер рассматривает эту панель, как иконографию апостола Фомы .

Зона 15 Эта сцена отображает три человека, подразумевая арест Христа. На фрагменте креста изображен Христос посередине и по бокам два арестанта. Похожая сцена есть в Келльской книге.

Северная сторона

Зона 5 Неясно, что представляет собой эта панель. Макалистер предлагается, что эта группа может представлять Бичевание Христа.

Южная сторона

Зона 1 Здесь изображены всадники, и выше, спирали. Макалистер предлагает, что эта группа могла бы представляют собой одну из мистических всадников, описанные в книге Откровения

Зона 5 На этой панели изображен Пилат омывающий руки.В Евангелии от Матфея говорится, что прежде чем осуждать Иисуса на смерть, Пилат умыл руки водой перед толпой, говоря: 'Я невиновен в крови этого человека

Заключение

В результате изученной темы можно сделать вывод, что отношение к смерти в Раннее Средневековье было несколько фамильярно и соответствует предположениям Арьеса. Рассмотренные надгробия являют собой не только художественные памятники, но и материалы для изучения истории и мифологии древних язычников.

Мы выяснили, что даже то искусство, которое посвящено уже христианству продолжает сохранять народные традиции. Искоренить древнюю веру оказалось не так просто. Таким образом, в то время сложилось двоеверие, отразившееся на погребальном искусстве.

Также мы рассмотрели стелы-кресты, не относящиеся к погребальному культу, но имеющие схожую иконографию и орнаментику. Эти кресты являлись Библией для неграмотных (схожими были готические витражи).

Эта тема может быть полезна историкам и антропологам, так как представляет собой совершенно новую методику в изучении культуры человечества. Также благодаря древним кельтским и скандинавским орнаментам на надгробных камнях современные дизайнеры могут создавать новые декоративные элементы. Исследователи в области психологии могут анализировать поведение германцев на основе представленных памятниках. И, конечно же, искусствоведы могут открыть для себя необычайную художественную выразительность языческого мира.

Использованная Литература

Арьес Ф. Человек перед лицом смерти. М.: Прогресс -- Прогресс-Академия, 1992.

Нессельштраус, Ц.Искусство раннего Средневековья,СПб: Азбука,2000 г.

Panofsky, E. Tomb sculpture, London: Harry N. Abrams,1964

Macalister, R. Muiredach, Abbot of Monasterboice, His Life and Surroundings. Dublin: Hodges, Figgis & Co.

Bohner, K. Das Grab eines frankischen Herrn aus Morken im Rheinland Koln 1959.

Арбман, Х. Викинги, М: Евразия 2008

Гуревич, А. Критика Арьеса (статья)

ref.by 2006—2019
contextus@mail.ru