Языковедение

Причастия и деепричастия в системе частей речи русского языка


                                Школа№_______
                              ___________района



                          Реферат по русскому языку

                                  на тему:



                          «Причастия и деепричастия
                            в системе частей речи
                               русского языка»



                              Г.Санкт-Петербург
                           2001-2002 учебный год.

                                 Содержание.
  Реферат по русскому языку 1
Деепричастие.    12


                           Дальше составите сами.!

                А если возникли вопросы, то пишите на e-mail:
                                 Fiona@ok.kz
                          Всегда с радостью помогу!
                 Этот реферат защищался в школе и на районе.
       В школе за него поставили «5», а на районе он занял 1-ое место.
   Учавствовал на 4-ой учебно-практической конференции Кировского района и
                            занял призовре место.

                             С уважением Fiona.
      «Причастия и деепричастия в системе частей речи русского языка».



                                 Вступление.

      Я выбрала эту тему, потому что я считаю, что причастие – это  одна  из
      самых
сложных  частей  речи.  Не  скажу,  что  самая  сложная,  но  весьма  сложно
образование причастий. Оно зависит от  грамматических  показателей  глагола.
Четыре, а если  учесть  и  возвратные,  то  шесть  причастий  образуются  от
переходных глаголов несовершенного  вида.  Так,  от  читать  возможны  шесть
причастий:  читающий,   читавший,   читаемый   и   возвратные:   читающийся,
читавшийся. В небольшом отрывке из произведения  В.  Белова  мы  найдем  все
четыре формы причастий: «Горький отрадный дым от костров тут и  там  таял  в
ясном неощущаемом воздухе… Стая прилетевших из леса  и  готовящихся  в  путь
скворцов опустилась в поле… белая колокольня развороченной церкви  явственно
выделялась на спокойном по-осеннему кротком небе.»
      Очень метко о причастиях сказал В.И. Даль, автор знаменитого  словаря:
      «Часть
речи, причастная к глаголу, в образе  прилагательного.»[1]   Здесь  обращено
внимание не только на содержание, но и на форму причастия,  поскольку  своим
«внешним видом» оно действительно напоминает прилагательное:  изменяется  по
родам, числам и  падежам,  согласуется  с  существительными  и  отвечает  на
вопрос какой? Следовательно в причастиях  заложены  признаки  и  глаголов  и
прилагательных.   Эту   двойственность   причастия   заметили   и    древние
грамматисты, дав ему имя «причастие», т.е. причастное  к  имени  и  глаголу.
Совмещение в одном слове признаков разных  частей  речи  естественно  делает
эти слова более богатыми содержательно, а поэтому  и  более  экономными,  на
что обратил внимание еще М.В. Ломоносов:  «Сии  глагольные  имена  служат  к
сокращению человеческого слова, заключая в себе имени и глагола силу.»[2]
      Это свойство причастий заключать “в себе имели и глагола силу” широко
используется  в  письменной  речи,  особенно  в  художественной  литературе.
Картины природы, портретные характеристики,  внутренние  переживания  героев
очень часто передаются писателями через причастия. Но в обычной  разговорной
речи причастия резки. Об этом писал еще А.С.Пушкин: «Причастия…  обыкновенно
избегаются в  разговоре.  Мы  не  говорим:   карета,  скачущая   по   мосту;
слуга, метущий комнату;  мы говорим: которая скачет, который метет и  пр.  –
заменяя выразительную краткость причастия вялым оборотом»[3].
      А теперь обратимся к деепричастиям. Их я  считаю самыми простыми в
употреблении. Так считаю только я, потому что  они  мне   даются  легко,  но
литературные источники  находят  “коварство”  деепричастного  оборота  и  не
только…
Деепричастие… В этом термине нам знакома вторая часть,  а  что  же  означает
первая?   Её   мы  тоже  можем  обнаружить  в  таких  словах,  как  деятель,
дееспособный. Обратившись  к  словарю,  узнаем,  что  термин  “деепричастие”
возник в XVII веке,  состоит из двух частей (дее +  причастие)  и  объяснить
его можно как причастность к действию.[4] Действительно, это  форма  глагола
означает в предложении добавочное действие  глагола,  а  по   грамматическим
признакам эта форма похожа на  наречие, так как  не  изменяется,  поэтому  в
некоторых грамматиках деепричастие называют отглагольным наречием.  Например
в стихотворении Э.Асадова «Лес» есть такое четверостишие:


                                                  Ёжась от свежего ветерка,
                                                   Чуть  посинев,   крепыши-
маслята,
                                                   Взявшись  за  руки,   как
ребята,
                                                   Топают,  греясь,   вокруг
пенька!


      Здесь к одному глаголу  дано четыре деепричастия, которые создают
живописную картину “действий” маслят в  дополнение   к  основному  действию,
выраженному глаголом. Следовательно, деепричастия, как и  наречия,  украшают
глагол, дополняют его другими действиями.[5]

В своем реферате я хотела разъяснить самые сложные  моменты  в  образовании,
употреблении и т.п. причастий и деепричастий.  Основная сложность  и  частые
ошибки возникают из-за того, что многие путают причастия с  прилагательными.
В сравнении и на  примерах,  на  ошибках  можно  всё-таки  научиться  писать
грамотно и понимать все тонкости и глубину великого русского языка.



                                 Причастие.

    Причастие – гибридная глагольно-адъективная форма, которую в школьной
   традиции рассматривают как особую глагольную форму. Причастия соединяют
    признаки глагола и прилагательного, выражая значение процессуального
              признака предмета. Глагольные признаки причастий:
     1. Сохраняется характер глагольного управления (например:
мечтать о свободе – мечтающий о свободе);
     2. Сохраняется вид соответствующего глагола;
     3. Причастие располагает двумя залоговыми формами (в
соответствии   с    двухзалоговой   концепцией)    –    действительного    и
страдательного  залога  (например:  разрешивший  –   действительный   залог,
разрешенный – страдательный залог);
     4. Причастие имеет две временные формы – настоящего
(любящий, любимый) и прошедшего (любивший) времени.

Все  глагольные  признаки  у  причастий  являются  постоянными,   переменные
признаки – это признаки  прилагательного:  род,  число,  падеж,  полная  или
краткая (у страдательных причастий) форма и  соответствующая  им  флексия  в
предложении – сказуемое или определение.

Причастия настоящего времени  образуются  от  глагольной  основы  настоящего
времени с помощью суффиксов -ущ-/-ющ, -ащ/-ящ- -  действительные  причастия,
суффиксов -ем-, -ом-, -им- - страдательные причастия.  Причастия  прошедшего
времени  образуются  от  основы  с  инфинитивной  основой.  При   этом   для
образования  действительных  причастий  используются  суффиксы  -вш-,   если
основа оканчивается на гласный ( например: слыша-ть – слыша-вший)  или  -ш-,
если основа оканчивается на согласный (например:  принес-ти  –  принес-ший).
При образовании страдательных  причастий  прошедшего  времени  к  глагольной
основе присоединяются суффиксы -нн-, если основа  оканчивается  на  гласный,
кроме  /и/  (например:  развеша-ть  –  развеша-нный),  -енн,   если   основа
оканчивается на согласный или /и/, причем в последнем  случае  /и/  выпадает
(например: подстрели-ть – подстрел-енный, принес-ти – принес-енный),  -т-  -
для образования причастий от некоторых  глаголов  непродуктивных  классов  с
основами на и-,  ы-,  о-,  а  также  от  глаголов  IV  продуктивного  класса
(например: сши-ть – сши-тый, промы-ть – промы-тый,  заколо-ть  –  заколотый,
поверну-ть   –   поверну-тый).   Начальной   формой   причастия,    как    и
прилагательного, является именительный падеж  единственного  числа  мужского
рода.

Общей  чертой  употребления  причастий  является  то,  что  они   составляют
принадлежность книжной речи. Это объясняется историей причастий.
Основные  разряды  причастий  относятся  к  элементам  литературного  языка,
заимствованным  из  старославянского  языка,  что  сказывается  на  ряде  их
фонетический особенностей, например в  наличии  щ  в  причастиях  настоящего
времени: текущий, горящий,  которым  соответствует  прилагательные  текучий,
горячий, представляющие собой по происхождению  древнерусские  причастия,  а
также в наличии у ряда причастий перед твердым согласным  под  ударением  е,
тогда как в глаголах, от  которых  они  образованы,  при  этих  же  условиях
имеется ё (о): пришедший, но пришёл, изобретший, но изобрёл, расцветший,  но
расцвёл.[6]

Связь  причастий   со  старославянским  языком   в   XVIII   в.   отмечается
Ломоносовым, который в своей «Российской грамматике» о  нескольких  разрядах
причастий разъясняет, что они употребляются только от славянских глаголов  и
недопустимы от русских.  Так,  он  пишет:  «Действительного  залога  времени
настоящего  причастия  кончающихся  на  -щий,   производятся   от   глаголов
Славянского  происхождения:  венчающий,  пишущий,  питающий;  а  весьма   не
пристойны от простых Российских, которые  у  Славян  неизвестны:  говорящий,
чавкающий».  То  же  отмечается  им  относительно  страдательных   причастий
настоящего времени «От Российских  глаголов,  у  Славян  в  употреблении  не
бывших, произведенные, например: трогаемый, качаемый, мараемый, весьма  дики
и   слуху   несносны»,   и   относительно   причастий   прошедшего   времени
действительного  залога:   «…   например,   брякнул,   брякнувший,   нырнул,
нырнувший,  весьма  противны».  При  этом  Ломоносов  отмечает   и   большую
уместность причастий для высоких стилей речи, указывая, что  они  «приличнее
полагаются в риторических и стихотворческих  сочинениях,  нежели  в  простом
штиле, или в просторечии».

В настоящее время,  через  два  столетия  после  Ломоносова,  ограничений  в
образовании причастий от чисто  русских  глаголов,  чуждых  старославянскому
языку, не сохранилось. И демонстрируемые  Ломоносовым  примеры  недопустимых
причастий  не  создают  того  впечатления  оскорбления  языкового  чутья,  о
котором он говорит с такой категоричностью,  и  вполне  допустимы.  Основные
разряды полных причастий являются  продуктивными и без труда  образуются  от
любых   глаголов,   в   том   числе   от   новообразований   (яровизирующий,
яровизировавший,  яровизируемый).  Наименее   распространены   страдательные
причастия  настоящего  времени,  но  и  они  у  некоторых   типов   глаголов
продуктивны (засоряемый,  формируемый,  хранимый)  и  непродуктивны  лишь  с
суффиксом -ом- (несомый, ведомый, искомый).

Но и  в  настоящее  время,  во-первых,  причастия  являются  принадлежностью
литературного языка (они отсутствуют в диалектах); во-вторых, они  почти  не
встречаются в разговорной речи.
Особняком стоят краткие причастия прошедшего времени  страдательного  залога
(написан, принесен, налит), которые широко используются  в  бытовой  речи  и
употребляются в диалектах.
Наоборот, для разных  стилей  книжной  речи  полные  причастия  представляют
собой одно из необходимейших  средств,  которое  используется  исключительно
широко. Это связано с тем, что причастия способствуют сжатости  речи,  давая
возможность  заменять  придаточные   предложения;   сравните:   Предприятия,
досрочно выполнившие план и Предприятия, которые  досрочно  выполнили  план;
Избранный  общим  собранием  делегат  и  Делегат,  которого  избрало   общее
собрание.  В  газетной  речи   почти   всегда   предпочитаются   обороты   с
причастиями.

      Причастия  по  своему  значению  близки  к  прилагательным  и  нередко
переходят в  прилагательные.  Общим  отличием  причастий  от  прилагательных
является  то,  что  причастие   обозначает   временный   признак   предмета,
создаваемый  действием  самого  предмета  (действительные   причастия)   или
действием, осуществляемым  над  этим  предметом  (страдательное  причастие),
тогда как прилагательное обозначает постоянный признак  предмета,  например:
летящие семена – это семена, которые летят, находятся в движении, а  летучие
семена – семена, имеющие  особенности  в  строении,  благодаря  которым  они
легко летают, переносятся ветром. Причастие указывает только на состояние  и
не характеризует самого предмета,  поэтому  можно  сказать  летящий  камень,
хотя у камня нет качеств, способствующих полету.  Прилагательное,  наоборот,
только характеризует предмет и не дает сведений о том, в каком состоянии  он
находится, поэтому возможна фраза:  Земля  была  покрыта  летучими  семенами
клена, хотя эти семена неподвижно лежат на земле. Осушаемая  площадь  –  эта
площадь, над которой осуществляются работы по осушению; в прилагательном  же
сушеный, образовавшемся из причастия, процесс сушки оставлен  без  внимания,
а  обозначаются  характерные  качества  предметов;  так,  сушеные  фрукты  –
антоним к свежие фрукты, т. е. Фрукты  со  своими  вкусовыми  особенностями,
удобные для хранения, и т. д.

Причастия имеют ряд соответствий  среди  прилагательных,  частью  по  своему
происхождению восходящих к причастиям. Сюда относятся:

     1) Действительные причастия настоящего времени и
прилагательные с тем же корнем:

краснеющий – красный
синеющий – синий
белеющий – белый
стареющий – старый
седеющий – седой
твердеющий – твердый
редеющий – редкий

Все эти причастия, принадлежащие глаголам,  образованным  от  прилагательных
(краснеть от красный, седеть от седой),  указывают  на  признак  в  процессе
его образования: краснеющие яблоки – яблоки,  которые  становятся  красными;
прилагательное выражает обладание  качеством  в  сложившемся  виде:  красные
яблоки.  В переносном значении эти причастия указывают  на  более  активное,
действенное проявление признака, а прилагательные  –  на  пассивное  наличие
его у предметов. Сравните: зеленеющие поля  и зеленые поля; что-то  белеющее
и что-то белое.

     2) Причастия настоящего времени действительного залога (а
также возвратные) и прилагательные  с  суффиксом    -учий,   -ючий,   -ачий,
ячий, являющиеся по происхождению древнерусскими причастиями:

сыплющийся – сыпучий
сидящий – сидячий
колющий – колючий
стоящий – стоячий
скрипящий – скрипучий
текущий – текучий
лежащий – лежачий
горящий – горючий
лятящий – летучий
сыплющийся – сыпучий

Как указывалось выше, в  этих  парных  обозначениях  причастие  выражает,  в
каком состоянии находится предмет, какое он проявляет действие,  относящееся
к настоящему времени: висящий шар –  шар,  который  висит,  текущая  вода  –
вода, находящаяся в движении, колющая травинка –  травинка,  которая  колет,
без отношения к тому, способствует  ли  этому  ее  строение.  Прилагательное
обозначает постоянное свойство, особенность предмета, благодаря  которой  он
приспособлен для  выполнения какого-нибудь  действия,  но  не  указывает  на
осуществление этого действия:  висячая  лампа  указывает  на  особенность  в
устройстве лампы, способствующую тому, чтобы ее вешать, колючий кустарник  –
кустарник, который  обладает шипами и легко может колоть;  так  же  бродячая
собака дает общую характеристику собаки и близко по значению к бездомная.  В
ряде случаев такие прилагательные являются антонимами прилагательных  другой
структуры: горячий – холодный, сидячий (образ жизни) – подвижный, горючий  –
огнестойкий.


     3) Действительное причастие настоящего времени (обычно с
отрицанием)  и  прилагательное,  совпадающее  со  страдательным   причастием
настоящего времени с отрицательной приставкой не-:

не сгорающий – несгораемый
не увядающий – неувядаемый
не промокающий – непромокаемый
не смолкающий – несмолкаемый
не проникающий – непроницаемый
не передающий – непередаваемый

Причастие только  констатирует,  что  действие  продолжается,  что  действие
продолжается, что оно не  близится  к  завершению;  это  и  достигается  при
посредстве отрицательной частице не;  сравним:  сгорающий  –  не  сгорающий,
смолкающий  –  не  смолкающий.  Прилагательные  указывают  на  невозможность
совершения действия, на  недоступность  предмета  для  известного  процесса:
несгораемый шкаф – шкаф, который не может сгореть,  непромокаемое  пальто  –
пальто, которое не может промокнуть. Поэтому можно сказать: Пришлось  топить
сырыми,  долго  не  сгорающими  дровами  (но  невозможно   сказать:   “долго
несгораемыми дровами”). Прилагательные обычно  гиперболически  характеризуют
предмет,  представляя  известное  его  качество  как   абсолютное,   поэтому
неумолкаемый   сильнее,  чем  неумолкающий.  Следует  отметить,  что   такие
прилагательные,  как   несгораемый,   образуются   по   большей   части   от
непереходных  глаголов,  т.е.  таких,  которые  не   допускают   образования
страдательных причастий.

     4) Страдательные причастия настоящего времени (обычно с
отрицанием) и прилагательные с приставкой не- и суффиксом –имый:

не допускаемый – недопустимый
не побеждаемый – непобедимый
не укрощаемый – неукротимый
не сокрушаемый – несокрушимый
не обозреваемый – необозримый
не отвращаемый – неотвратимый
не осуществляемый – неосуществимый
не умоляемый – неумолимый
не повторяемый – неповторимый
не отделяемый – неотделимый

Различие причастий и прилагательных в этом  разряде  аналогично  различию  в
предыдущем: причастия констатирует отсутствие  воздействия  на  предмет:  Не
осуществляемый нами  проект  может  быть  использован  другой  организацией;
здесь не осуществляемый – тот, который не осуществляется,  без  указаний  на
то,  может  он  быть  осуществлен  или  нет.  Прилагательное  указывает   на
невозможность  совершения  над  предметом  действия,   на   сопротивляемость
предмета  известному  воздействию:  неосуществимый  проект  –  тот,  который
нельзя осуществить, несокрушимый оплот – тот, который невозможно  сокрушить.

Эти прилагательные также гиперболически  выражают  качество  (непобедимый  –
“самый могущественный”) и  в  связи  с  этим  обладают  экспрессией.  Обычно
прилагательные типа непобедимый образованы от глаголов совершенного вида,  у
которых не может быть причастий настоящего времени, но в  ряде  случаев  они
образуются  от  глаголов  несовершенного  вида,  и  тогда  могут   оказаться
омонимичными причастие  и  прилагательное,  например:  Не  переводимый  мной
отрывок  уже  переведен  моим  товарищем  и  У  Гоголя  нередко  встречаются
непереводимые обороты, то же: Не смываемое вами пятно портит картину, т.  е.
Пятно, которое по каким-то причинам остается  несмытым,  и  Это  несмываемый
позор, т.е. позор, которого нельзя смыть, то же: нескрываемый (= 1)  который
нельзя скрыть и 2) который не скрывается кем-либо)

     5) Действительные причастия прошедшего времени и
прилагательные, образовавшиеся из причастий с суффиксом -лый:

загоревший – загорелый
пригоревший – пригорелый
посиневший – посинелый
закостеневший – закостенелый
заледеневший – заледенелый
запотевший – запотелый
похудевший – похуделый
закоптевший – закоптелый
застывший – застылый
оробевший – оробелый
осовевший – осовелый
посоловевший – посоловелый

Данные причастия и прилагательные особенно близки по значению;  у  причастий
отчетливее ввыражен процесс: загоревший – это тот, кто приобрел  загар,  так
как  подвергался  загоранию,  а  загорелый  –  обладающий  загаром,  и   это
прилагательное более  близко  к  смуглый.  Затем  причастие  яснее  выражает
личное участие; так, оробевший испытывает, больше  осознавая  основания  для
испуга, чем оробелый, которым испуг овладел как бы извне (не потому  ли  нет
таких  прилагательных  от  глаголов,  которые  выражают  большую  активность
действующего лица: поумневший, повеселевший); прилагательные чаще  приложимы
к  предметам  (запотелые  стекла,  закоптелые  стены,  застарелая   болезнь,
пригорелый  пирог,   оледенелая   дорога),   которые   только   подвергаются
воздействию со стороны. Наконец, прилагательные связаны с разговорной  речью
и  часто  образуются  от  разговорных  и  просторечных  глаголов:   оробеть,
осоветь, посоловеть.
Возьмем на пример отрывок Федина из «Необыкновенного лета»:

…Исхудалый, остроносый, с красными  после  незаживших  ячменей  глазами,  он
[Дибич] улыбался застенчиво и обижено. Дибич глядел на  землю,  проплывавшую
мимо него в  ленивой  смене  распаханных  полос,  черных  деревенек,  крутых
откосов железнодорожного полотна с телеграфными  полинялыми  столбушками  на
подпорках и малиновками, заливавшимися в одиночку на обвислых  проводах.  Он
сидел, навалившись на стол локтями, мокрый от духоты, очумелый  от  папирос.
Обвислые щеки его быстро белели…

     6) Дальше по значению от причастий бесприставочные
прилагательные на -лый, не  имеющие  вполне  соответствующих  им  причастий;
для них имеются только более  далекие причастия с приставками:

поспевший – спелый
созревший – зрелый
завядший – вялый
опостылевший – постылый
залежавшийся – лежалый
обгоревший – горелый
сопревший – прелый
сгнивший – гнилой

Отглагольный характер этих прилагательных  совсем  затемнен,  и  они  обычно
обозначают только качества без указаний на их образование.

     7) Страдательные причастия прошедшего времени и
прилагательные, которые  образовались из этих  причастий;  обычно  первые  с
приставками, а вторые без приставок:

сваренный – вареный
испеченный – печеный
посоленный – соленый
намоченный – моченый
натертый – тертый
разбитый – битый

Причастие указывает на процесс,  которому  подвергался  предмет:  Испеченные
яблоки  –  яблоки,  которые  испекли,  а   прилагательное   печеное   яблоко
указывает,  каким  качеством  обладает   яблоко,   в   связи   с   чем   это
прилагательное выступает  как  антоним  слову  сырое.  В  отдельных  случаях
переходят в прилагательные и причастия с  приставками: раздутые штаны
(= слишком большие), открытая рана.

     8) Действительные и страдательные причастия и
омонимичные с ними прилагательные, образовавшиеся из этих причастий:

а) Камень, блестящий на солнце – блестящий доклад.
Мыс, выдающийся в море – выдающийся деятель.
Блуждающие в лесу шакалы – блуждающая улыбка.
Директор, вызывающий техника – вызывающий тон.

б) Уважаемый всеми человек – уважаемый товарищ.
Управляемая шофером машина – управляемый аэростат.

Причастия, обычно поддерживаемые тем, что  при  них  есть  зависимые  слова,
обозначают признак, создаваемый самим предметом (действительные  причастия),
или   выражают  воздействие  на  предмет   со   стороны   другого   предмета
(страдательные  причастия);  прилагательные,   обычно   имеющие   переносное
значение,  указывают   на    постоянные   качества:   блестящий   доклад   =
великолепный  доклад,  выдающийся    работник   =   отличный,   превосходный
работник, блуждающая улыбка = непроизвольная, слабая улыбка, вызывающий  тон
= резкий, грубый тон, уважаемый товарищ =  достойный  уважения,  управляемый
аэростат = обладающий приспособлениями для управления.


Среди  причастий имеются типы, близкие по значению и  выступающие  иногда  в
качестве  синонимов.  Это  относится,  с  одной  стороны,  к   страдательным
причастиям и,  с другой – к причастиям от возвратных глаголов. Именно  среди
разнообразных   значений   возвратных   глаголов   имеется    и     значение
страдательности; в таком случае глагол относится к подлежащему,  являющемуся
объектом действия, а действующее  лицо  обозначается  творительным  падежом:
Дом  строится  архитектором.  Образуемое  от  глаголов  с  таким   значением
причастие с частицей  -ся также приобретает значение страдательности:   Дом,
строящийся  архитектором,   соотносительно   по   выражению   страдательного
значения  с  оборотом  Дом,   построенный   архитектором,    где   выступает
страдательное причастие; в то же время эти причастия не равноценны.

А.М.Пешковский   установил,  что  основным    выразителем    страдательности
выступает  страдательное  причастие,  и  там,  где   оно   имеется,   обычно
возвратное  причастие  недопустимо:   «Мы   никогда   не   скажем   ребенок,
одевающийся нянькой,  а только – одеваемый нянькой; никогда не скажем  ящик,
сделавшийся  столяром,   никогда   не   скажем   дом,   построившийся   этим
архитектором, а только – построенный этим архитектором, и т.д.».
 Он  и  указывает,  что  возвратное  причастие  употребляется  тогда,  когда
страдательное    причастие    совсем    не    образуется    или     является
малоупотребительным.  Так,  у   глаголов  несовершенного  вида   обычно   не
образуется  страдательное причастие прошедшего времени, в таком  случае  его
заменителем  и  выступает   возвратное   причастие;   поэтому,   наряду   со
страдательным  причастием  совершенного   вида,   употребляется   возвратное
причастие несовершенного  вида:   Дом,  воздвигнутый  архитектором;  Доклад,
написанный студентом  и  Доклад,  писавшийся  студентом  в  течение  месяца;
Книги, изданные Учпедгизом и Книги, издававшиеся в прошлом году Учпедгизом.

Для некоторых случаев А.М.Пешковский все же считает допустимым  употребление
 причастий обоих типов. В  качестве  примеров  у  него  фигурируют:  «книга,
читаемая многими и книга, читающаяся многими; дом, строенный архитектором  и
дом,  строившийся  архитектором».  Но  причастие  строенный   не    является
общепринятым, а  оборот книга, читающаяся  многими  явно  хуже,  чем  книга,
читаемая многими. При  наличии причастий обоих  типов  возвратное  причастие
едва ли желательно там,  где   страдательность  выражена  отчетливо   (когда
налицо  творительный  действующего   лица),   оно   более   уместно,   когда
страдательное значение затушевано, так,  более  приемлемо:  Книга,  много  и
охотно читающаяся или не вызывает возражений: Явления, наблюдающиеся в  быту
(существующие), но лучше: Явления, наблюдаемые нами.

Поэтому можно  согласиться с образной оценкой, которую  дает  А.М.Пешковский
этим разрядам причастий: «Они относятся  друг  к  другу,  как  специалист  к
дилетанту».



                                Деепричастие.


Аналогично причастиям деепричастия по традиции  рассматриваются  как  особая
глагольная форма, соединяющая признаки глагола и наречия, т.е.  обозначающая
процессуальный признак действия, отличающаяся  неизменяемостью,  сохраняющая
глагольное  управление,  глагольный   вид,   залоговые   свойства   глагола,
примыкающая к глаголу или причастию и выступающая в  предложении  в  функции
обстоятельства.

Видовые  свойства  деепричастий   получают   морфологическое   выражение   в
деепричастных  суффиксах.  Деепричастия  несовершенного  вида  образуют   от
основы настоящего времени с помощью суффикса -а, -я,  например:   звенеть  –
звен’-я, думать – дума’-я.  Деепричастие  совершенного  вида  образуются  от
инфинитивной основы глаголов совершенного вида с помощью суффиксов
-в, -вши, -ши,  например:  отправить  –  отправи-в,  принести  –  принес-ши,
улыбнуться  –   улыбну-вши-сь.   В   современном   русском   языке   процесс
дифференциации деепричастных суффиксов в  зависимости  от  глагольного  вида
еще не завершен, поэтому  возможны  формы  деепричастий  совершенного  вида,
образованные по модели деепричастий несовершенного  вида,  т.е.   от  основы
будущего простого времени с помощью суффикса –я
(уйти – уйдя, принести – принеся и т.п.). Деепричастия  несовершенного  вида
не образуются от глаголов с основой:

1. На заднеязычный (печь – пекут, невозможно: *пекя);
2. Из одних согласных (гн-ут, невозможно: *гня);
3.  Нестоящее  время  на  шипящий,  чередующийся  в  основе  инфинитива  со
   свистящим  (пиш-ут – писа-ть, невозможно: *пиша);
4. С основой инфинитива на  - ну- у глаголов непродуктивного класса
   (гибну-ть, невозможно: *гибня);

Как и причастие, деепричастие распространено в книжной речи и не  характерно
для бытовой разговорной речи.

Деепричастие,  обозначая   добавочное   действие,   характеризующее   другое
действие,  в первую очередь используется для того, чтобы  одно  из  действий
отодвинуть на второй  план по сравнению с другим. В этом отношении глагол  с
относящимся к  нему  деепричастием  противополагается  двум  глаголам.  Так:
Стоял у окна, читая письмо указывает, что основным является стоял,  а  читая
детализирует это состояние указанием на сопровождающее  его  занятие,  тогда
как Стоял у окна и читал письмо представляет оба  глагола   равноправными  и
независимыми. Употребление  деепричастия  дает  возможность  установить  еще
одно отношение между этими глаголами: Стоя у  окна,  читал  письмо,  где  на
первом плане оказывается читал, а добавлением, указывающим на  то,  в  каком
положении проходило чтение,  -  стоя.  Такая  возможность  давать  сочетание
равноправных  глаголов,  с  одной  стороны,  и  устанавливать   между   ними
перспективу, выделяя главное и второстепенное, с  другой  –  служит  удобным
средством для  выражения  разнообразных  взаимоотношений  между  несколькими
действиями  и  состояниями.  Сравним:  Он  рассказывал  и   смеялся   –   Он
рассказывал, смеясь – Рассказывая,  он  смеялся;  Перебегали  и  стреляли  –
Перебегали, стреляя – Перебегая, стреляли.

Каким образом деепричастия дают возможность одни действия подчинить  другим,
сделать их выразителями различных деталей и обстоятельств  других  действий,
можно видеть из таких  примеров:  Горький  «Детство»:  Бабушка  помалкивала,
выпивая чашку за чашкой; я сидел  у  окна,  глядя,  как  рдеет  над  городом
вечерняя заря и красно сверкают стекла  в  окнах  домов…;  И  она  [бабушка]
смеется сердечным смешком, нос ее дрожит  уморительно,  а  глаза,  задумчиво
светясь, ласкают меня, говоря обо всем еще понятнее, чем слова; Я  все  чаще
думаю о  матери,  ставя  ее  в  центр  всех  сказок  и  былей,  рассказанных
бабушкой. Попытка заменить деепричастия глаголами разорвала бы  связи  между
отдельными  действиями,   уничтожила   бы    различия   между   основным   и
дополнительным, сделала бы однообразным перечень отдельных действий.

Во многих случаях деепричастия совсем не могут быть заменены  глаголом.  Это
бывает тогда, когда они приобретают обстоятельственное  значение,  например:
Бабушка хмуро прислонилась к притолоке и вздыхает, опустив глаза в пол (=  с
опущенными глазами); Он [дед]  стоит,  вздернув  голову   (=  со  вздернутой
головой); Я тоже готов был плакать, жалея мой сад, шалаш (= от жалости).

Взаимоотношения, выражаемые деепричастием, очень разнообразны.

При употреблении деепричастий следует  не  упускать  из  виду,  какому  лицу
принадлежат  действия,  обозначаемые  деепричастием  и  глаголом.   В   этом
отношении   существуют    значительные    ограничения.    Именно    условием
общепринятого в русском языке употребления деепричастий является  то,  чтобы
действия, обозначаемые деепричастием,  совершались тем  же  лицом,  которому
принадлежит действие, обозначаемое глаголом-сказуемым.  Это   находит  место
в личных предложениях, в  которых деепричастие и глагол обозначают  действие
подлежащего. Так: Конструктор,  демонтируя   чертеж,  разъяснял  особенности
новой модели. Здесь демонстрировал и разъяснял конструктор.

Помимо  личных  предложений,  деепричастие  также  допустимо   в   безличных
предложениях  при  условии  принадлежности  обоих  действий   одному   лицу.
Рассказывая об этом, мне хочется напомнить…
Такие обороты встречаются в  художественных произведениях и в научной  речи.

На примере М.Горького: Неизъяснимо хорошо  плыть  по  Волге  осенней  ночью,
сидя на  корме  баржи,  у  руля;  Не  любя  –  невозможно  понять  жизни.  Я
почувствовал, что только очень крепко, очень страстно  любя  человека  можно
почерпнуть в этой любви силу для того, чтобы найти и понять смысл жизни;
На  примере  академика  И.П.Павлова:  Исследуя  изо  дня  в  день   условные
рефлексы, можно довольно  точно  заранее  предсказать  наступление  судорог;
Таким  образом,  не  претендуя  на  абсолютную  точность   положения,   надо
принимать,  что  большие  полушария  являются  главнейшим  органом  условных
рефлексов.

Деепричастие может быть  подчинено  инфинитиву  при  условии,  что  действия
обозначаемые деепричастием и инфинитивом, принадлежат одному лицу.
На примере И.П.Павлова:  Таким  образом,  цель  –  удалив  часть  полушарий,
видеть исчезновение фикций удаленной части из общей  деятельности  полушарий
– покрывается на первых порах отзвуком операционного  удара  по  всей  массе
полушарий. На нем [физиологе]  лежит  постоянная  обязанность,  опираясь  на
теперешние  успехи  естествознания  и  чрезвычайное  увеличение  современных
технических средств, стараться изыскивать для той же цели другие приемы,  не
так удаленные от недосягаемого совершенства исследуемого им прибора.

Еще реже деепричастие бывает подчинено причастию, но  все  же  такие  случаи
встречаются в художественных  произведениях.  Герцен:  Почтенный  блюститель
тишины гордо отправился под арку, как паук, возвращающийся  в  темный  угол,
закусивши  мушиными  мозгами.  Горький  «Дело  Артамоновых»:  Эти  маленькие
удовольствия  несколько  примиряли  его  с  множеством  обид,   которые   он
испытывал со стороны бойких людей, все более крепко забиравших дело  в  свои
цепкие руки, отодвигая его  в  сторону,  в  одиночество;  Горький,  Каронин:
Однажды  этот  Агафонов,  маленький,  русоволосый  человек,  писавший   свои
рассказы, волнуясь до рыданий, заболел…

Ошибками  в  использовании   деепричастий   является   их   употребление   в
зависимости от глагола  тогда,  когда  деепричастие  и  глагол  представляют
действия разных лиц, например: Вошедши в комнату,  мать стояла у окна.
Здесь вошедши является действием говорящего (= когда я вошел в  комнату),  а
стояла мать. Недопустимость таких оборотов, помимо того, что они не  приняты
в русском языке, объясняется также  тем,  что  они  приводят  к  двусмыслице
вследствие  возможности  приписать  действие,  обозначаемое   деепричастием,
лицу, которое выступает подлежащим предложения: например, если бы мы  фразу:
  Когда  я  вернулся  домой,  бабушка   накормила   меня   обедом   заменили
конструкцией с  деепричастием:  Вернувшись  домой,  бабушка  накормила  меня
обедом, то создалось бы впечатление, что вернулась домой бабушка.
Ошибки  этого  рода  довольно  часто  встречаются  в  ученических   работах,
например:  Как-то  сидя  вечером  дома,  к  нам  вошел  незнакомый  человек;
Проработав три месяца, отца перевели в Пензу; Проучившись   в  школе  четыре
года, у меня  явилось желание  учиться  дальше;  Двери  закрывались  плотно,
боясь, чтобы до ушей барыни  не  докатились  звуки  с  улицы.  Иногда  такие
обороты проникают в печать: Книппер, «Несколько  слов  о  Чехове»:  И  когда
заметили, как, слушая его, у меня горели глаза и щеки, милого студента  тихо
удалили из нашего дома.


Особо стоят  аналогичные  обороты,  встречающиеся  изредка  у  классиков  по
преимуществу первой половины XIX в. (Пушкин, Лермонтов, Герцен,  Л.Толстой).
У них такая синтаксическая конструкция поддерживалась влиянием  французского
языка. На  это  обращал  внимание  еще  Ломоносов,  писавший  в  «Российской
грамматике»:  «Весьма  погрешают  те,  которые  по  свойствам  чужих  языков
деепричастия от глаголов личных лицами разделяют. Ибо деепричастие должно  в
лице согласоваться с главным глаголом личным, на котором всей  речи  состоит
сила: идучи в школу, встретился я с приятелем; написав грамотку, посылаю  за
море. Но многие в противность сему пишут: идучи я  в  школу,  встретился  со
мной  приятель;  написав  я  грамотку,  он  приехал  с  моря;   что   весьма
неправильно и досадно слуху, чувствующему правое российское сочинение»


Вот примеры таких не допускаемых оборотов из произведений Герцена и


Л. Толстого: Все это было сделано, подъезжая  к  деревне;  Уехав  из  Вятки,
меня долго мучило воспоминание о Р.*; Пройдя в калитку, Пьера обдало  жаром,
и он невольно остановился.


Заслуживает внимания обозначение времени  деепричастием  совершенного  вида.
Обычно деепричастие совершенного вида  обозначает  действие,  предшествующее
действию глагола.  Это  бывает  всегда,  когда  деепричастие  стоит  впереди
глагола: Горький «В людях»: Кратко рассказав мне о  жизни и смерти  Пушкина,
она  спросила,  улыбаясь…;  Запустив  палец  за  воротничок,  повар  сердито
оттягивает его… Обычно предшествующее действие  обозначает  и  деепричастие,
стоящее после глагола: Горький: “Как мальчишку  он  меня  учит”  –  обиженно
подумал Петр, проводив его (= подумал, когда проводил); Она ушла  из  кухни,
бросив на стол пучок  моркови  (=  сначала  бросила,  потом  ушла);  Кочегар
продолжал, сунув за щеку кусок сахара (= продолжал после того, как  сунул  в
рот кусок сахара).

Но когда деепричастие стоит после  глагола,  оно  может  выражать  и  другие
отношения с глаголом по времени. Так, оно иногда обозначает одновременное  с
глаголом действие. В таком случае деепричастие имеет  значение,  аналогичное
перфективному значению прошедшего времени, когда на  первый  план  выступает
не совершение действия, а сохранение его результата: Горький: Отец ушел  под
руку с Яковом, молчаливо  опустив  голову  (=  опустил  голову  и  продолжал
оставаться с опущенной головой); Петр сидел на стуле, крепко прижав  затылок
к стене (= прижал и не отнимал); Он читал книги даже на  улице,  -  идет  по
панели, закрыв лицо книгой, и толкает людей.

Наконец,  имеются  случаи,  когда   стоящее   после   глагола   деепричастие
обозначает  последующее  действие;  при  этом  можно  наметить  две   группы
примеров:

а)  деепричастие  обозначает  следствие  того  действия,  которое   выражено
глаголом: Горький: Где-то близко ударил  гром,  напугав  всех  (=  ударил  и
напугал); Под Казанью села  на  камень,  проломив  днище,  большая  баржа  с
персидским товаром (= села  на  камень  и  вследствие  этого  проломила).  Я
подрубил один, два  кола,   -  стена  закачалась,   тогда  я  влез  на  нее,
ухватился за верх… и вся полоса плетня упала, покрыв меня почти   до  головы
(= упала и покрыла).

б)  деепричастие обозначает действие, не обязательно вытекающее из  действия
глагола, а  обычно  быстро  следующее  за  ним.  Горький:   Я  сел  на  пол,
подложив под себя кулаки… (= сел и подложил); Он бросил папироску на  землю,
растоптав ее двумя ударами ноги
 (= бросил и после этого растоптал).

Такие  оттенки  времени  у  деепричастия   развиваются   в   русском   языке
сравнительно  недавно  и,  по   всей   вероятности,   это   происходит   под
воздействием порядка слов, так  как  глаголы  совершенного  вида  обозначают
разновременно  совершающиеся  действия,  следующие  одно  за  другим  в  том
порядке, в каком расположены  глаголы  (Достал  книгу,  прочел  ее,  передал
товарищу).

Ряд деепричастий близок по значению к наречиям, образованным от причастий:
умоляя – умоляюще
угрожая – угрожающе
волнуя – волнующе
ослепляя – ослепляюще
негодуя – негодующе
Различие  деепричастий   от  таких  наречий  сводится  к  тому,  что  первые
обозначают добавочное действие: (Ребенок  говорил,  умоляя  пустить  его  на
спектакль), а второе имеет обстоятельственное значение и указывает, как  или
с каким  видом  производится  действие,  близкое  к  оборотам  творительного
падежа с предлогом с: с  мольбой  или  с  видом  мольбы,  с  угрозой  или  с
угрожающим видом: Горький: Ребенок смотрел умоляюще  на  мать;  Они  [глаза]
смотрят на все вокруг недоверчиво и  ожидающе;  Софрон   часто  и  угрожающе
кричал:  Логика!   Здесь   и   разговаривали   по-особенному   –    коротко,
предостерегающе… Вертя в руках поношенные документы,  они то  угрожающе,  то
безнадежно  выкрикивали:   «Товарищ  начальник!»   Павлик   вытер   губы   и
отвернулся вызывающе… Он глядел на нее с  превосходством  и  выжидающее…  Он
улыбнулся подбадривающе  и увлеченно…

Такие наречия, как волнующе,   ослепляюще,  в  сочетании  с  прилагательными
выражают  качественную  характеристику  и  указывают  на   высокую   степень
качества:  Волнующе прекрасны мелодии  Чайковского; Залитые  огнями  фонтаны
ослепляюще ярки и  многоцветны.

Различие между добавочным действием и обстоятельством  наблюдается  также  в
случаях, когда деепричастие переходит в наречие, и вследствие этого,  наряду
с деепричастием, имеется   наречие,  образовавшееся  из  деепричастия.  Сюда
относится несколько различных разрядов.

Во-первых, отдельные случаи,  когда  употребляемое  без  пояснительных  слов
деепричастие переходит в наречие:  Художник  рисовал  стоя,  здесь  стоя  не
обозначает  второго  действия,  а  только  детализирует   значение   глагола
рисовал, указывая, в какой позе  проходило  рисование;  наоборот,  в  фразе:
Художник рисовал, стоя за  мольбертом:  стоя   обозначает  второе  действие,
подчиненное первому. Так же: Мальчик пишет сидя и  Мальчик  пишет,  сидя  за
партой.

Во-вторых, сюда относится ряд идиоматических выражений: сложа  руки,  высуня
язык, спустя рукава, немного погодя, очертя голову, сломя  голову.  Не  сиди
сложа руки значит только: “Не сиди  без дела”, здесь ничего не  говорится  о
положении рук, а Не сиди, сложив руки уже указывает, что действительно  руки
сложены и что это положение рук следует  изменить.  Так  же:  Бежать  высуня
язык (стремительно) и Бежать, высунув язык (с  высунутым  языком);  Работать
спустя  рукава  (небрежно)  и  Работать,  спустив  рукава   (со   спущенными
рукавами). Идиомы этого рода имеют разговорный оттенок.

В-третьих, наряду с деепричастиями имеются наречия на –ючи,
 -учи: играючи, припеваючи, умеючи, крадучись: Он играючи переносил  тяжелые
тюки (легко, без усилий); Живет припеваючи (без забот)  и  Плясал,  припевая
вполголоса какой-то мотив. Такие наречия  имеют  разговорный  и  фольклорный
характер.  От  таких   наречий   на    –учи   следует   отличать   единичные
деепричастия: общелитературное будучи и разговорные идучи, едучи.

Наконец, следует упомянуть, что некоторые  группы  деепричастий  располагают
двумя морфологическими образованиями с одинаковым значением.
Так, во-первых,  деепричастия совершенного вида с основой  на  гласный  звук
могут иметь суффикс –в и –вши:
написав – написавши
налив – наливши
зарыв – зарывши
нагнув – нагнувши
В подавляющем большинстве случаев употребляются формы с суффиксом  -в
Они более кратки и более благозвучны. Неблагозвучность форм  типа  написавши
особенно подчеркивал А.М.Горький. Но следует иметь в виду, что   у  глаголов
с основой  на согласный имеется одна  форма:  принесши,  привезши,  вошедши;
то же у всех возвратных глаголов: нагнувшись, засмеявшись, закутавшись.

Во-вторых, наряду с формами, имеющими суффиксы  –в, - вши, у  ряда  глаголов
совершенного вида имеются деепричастия с суффиксом –а, -я:
положив – положа
услышав – услыша
заметив – заметя
Обычно  указывают  (Шахматов,  Чернышев),  что  формы  на    –а,   -я   шире
употреблялись в ХIХ в., но они нередки и  в  настоящее  время  и,  например,
широко применялись Горьким. Вот несколько примеров из   “Дела  Артамоновых”:
нахмуря, наклоня, подойдя, сойдя, навалясь, выпрямясь,  склонясь,  углубясь,
опустясь,   помолясь,   поклонясь,   возвратясь,    остановясь,    изменясь,
прислонясь, отворотясь, наклонясь. Явно неупотребительна  форма  посоветуясь
вместо посоветовавшись, употребленная Чеховым в письме к брату  (Посоветуясь
с Лейкиным, я вышлю Вам…)[7]



                         Использованная литература:

   1) А. Н. Гвоздеев. «Очерки по стилистике русского языка».
   2) В.А. Иванова, З.А. Потиха, Д.Э. Розенталь «Занимательно о русском
      языке».
   3) Л. Л. Буланин «Трудные вопросы морфологии».
   4) М.В. Ломоносов «Российская грамматика».
   5) В.И. Даль «Толковый словарь живого великорусского языка».
   6) А.С. Пушкин «Письмо к издателю».
   7) Н.М. Шанский, Т.В. Шанская, В.В. Иванов « Краткий этимологический
      словарь русского языка».



-----------------------
[1] Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т.З.М., 1955,
с.459
[2] Ломоносов М.В. Российская грамматика. – Полное собрание сочинений:
Труды по философии. Т. 7. М.; Л., 1952, с. 407
[3] Пушкин А.С. Письмо к издателю. – В кн.: Русские писатели о языке. Л.,
1954
[4] Шанский Н.М., Шанская Т.В., Иванов В.В. Краткий этимологический словарь
русского языка. М., 1971, с.122
[5] Иванова В.А., Потиха З.А., Розенталь Д.Э. Занимательно о русском языке.
Л., 1990, с. 174 - 177
[6] Буланин Л.Л. Трудные вопросы морфологии. М., 1976, с. 176
[7] Гвоздев  А.Н. Очерки по стилистике русского языка., М., 1976



смотреть на рефераты похожие на "Причастия и деепричастия в системе частей речи русского языка"